Покровитель влюбленных

– Ты не рыпайся, не рыпайся! – прикрикнула я на него. – И время не тяни, я и так его по твоей милости впустую много потратила. Говори давай! Телефон, адрес, имена, внешность – все говори!

– Я не знаю, о чем ты, – в сторону сказал Мохов.

Не церемонясь, я подошла и коленом двинула ему в подбородок. Голова Павла мотнулась назад, при этом он издал какой-то мекающий звук."

"– Да ты что, стерва? – прошипел он, стараясь дотянуться до меня ногой и лягнуть. – Мне на работу завтра!

– Если будешь продолжать так себя вести, на работу ты не попадешь ни завтра, ни послезавтра.

И я еще добавила ему пистолетом по макушке. Мохов заругался сквозь зубы, в голосе его были слезы.

– Да не знаю я ничего! – в отчаянии проговорил он.

– Как это не знаешь? – прищурилась я. – Я уже тебе напоминала, что врать нехорошо.

– Никого я не знаю! – поднял голову Мохов. – Достали вы меня все! Подъехали двое, знать их не знаю, первый раз вижу! Они насчет Артема спросили. Я сказал, что понятия не имею, где он. Тогда они сказали: ""Если кто будет его спрашивать, звякни вот по этому номеру, не сочти за труд"". Ну… Я и позвонил сегодня. Все!

– А зачем звонил? Мог бы и не звонить, – назидательно заметила я.

– Ага! – с сарказмом изрек Мохов.

– Я, знаешь, тоже умею сердиться, – усмехнулась я. – И мне тоже очень не понравится, если ты попытаешься мне навредить. Или обмануть. Как они к тебе подъехали, где?

– Я в рейс отправлялся, они неподалеку стояли. На синем ""Фольксвагене"", – сказал Павел.

""Ну, все точно!"" – подумала я, а вслух спросила:

– Когда это было?

– Это было… – Мохов закатил глаза. – Так, девятнадцатого у Артема выходной должен был быть, а двадцатого он уже не вышел… Но мы тогда еще не знали ничего, и в тот день было тихо.

Мохов даже повеселел от того, что так удачно ответил на этот вопрос.

– Так, кроме машины и номера телефона, что тебе еще о них известно?

– Ничего! – Мохов прижал свободную руку к груди.

– Имена, фамилии!

– Да откуда же мне знать их фамилии? – искренне удивился Павел.