Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

— Отчего ж не понимаю? — Пожал плечами Сергей, — я, как мы в Московский с отряда выбрались, ну после приезда, видал там такую девчонку… Ну, когда в кино ходили, помните?

— Да, девчонка и правда красивая, — заулыбался Максим.

— Красивая, это еще мягко сказано! — Замечтался старший сержант, — Была там с какой-то подружкой и ее растяпистым парнягой. М-да-а-а… Красивая, но вредная, как твоя лиса. Ну это ничего. Красивые, они всегда вредные.

— Познакомился? — Спросил Стас с улыбкой.

— А как же? Познакомился! Да только что-то она через силу со мной разговаривала.

Вроде как и не хотела знакомиться. Ну уж я-то знаю, что это она себе цену набивает, и всего-то. Уже узнал я у того растяпы-парня, где они живут. Как там его звали?

— Денис, вроде, — буркнул Игорь.

— Во-во! Как будет выходной, схожу к ней в гости.

— И как? Спросил, хоть, как звать? — Вопросительно кивнул ему Стас.

— А как же! Чуть не клещами пришлось имя у нее вырвать. Такая строптивая девчонка. Ну все ж вырвал! Ух и люблю я таких! Что б прежде чем уздечку дали накинуть, побрыкались!

— И как ее звать?

— Наташей.

Наташей звать, — разулыбался Сергей.

Глава 16

— Наташка Иванова? Геологичка которая? — Удивился Стас.

— А ты че, ее тоже знаешь? — Не менее удивленно приподнял брови сержант.

— А кто ж ее не знает? — Пожал плечами Алейников, — вся застава на нее не могла налюбоваться, когда они с папкой тут, в окрестностях, появились. Много кто из наших к девчонке подходил, клинья подбивал.

Я молчал и только снисходительно улыбался.

Сержант Симонов бросил на меня мимолетный взгляд, и, видимо, не поняв причину этой улыбки, тут же отвел."

"«Куда уж тебе, сержантик, угнаться за Наташкой», — подумалось мне в этот.

Я ж свою жену, как облупленную знаю. Уж столько лет вместе, как никак. Знаю, скольких она отшила, пока мы с ней не познакомились. Знаю, скольких отшила, когда мы уже были вместе. Немало из тех парней, кстати, получили от меня по сусалам, когда Наташа жаловалась на очередного нерадивого дурачка, что пытался за ней ухлестывать.

Не, ну а что? В молодости я был человек горячий, темпераментный. Только с возрастом научился выдержке и хладнокровию. Война научила только по делу кулаками махать.

Если б сейчас, здесь был тот, молодой, я, немедленно бы затеял с Симоновым драку. Даже слушать не стал. И был я даже сейчас уверен, что ему б тогда ой как не поздоровилось. А сейчас, с высоты прожитых лет, я ясно видел, что парняга-сержант просто рисуется перед другими мальчишками.