Пограничник. Том 2: Смертельный дозор

— А ты чего от меня хочешь, а? Стас? — заговорив с едва заметным акцентом, обиделся Гамгадзе, — Система старая, уж на ладан дышит. Менять надо — все столбы под снос. Новую ставить. Ты лучше, к Анатолий Сергеичу подойди с такими претензиями.

— Ты че завелся, Гамгадзе? — Удивился Стас, — я че тебе такого обидного сказал?

— Боится, что начальник заставит систему перепроверять, — рассмеялся Димка Синицын."

"— Или что поймают, — шепнул мне Стас, — что он в прошлый раз, в рабочей группе, в крышке от цилиндра линейного блока чай кипятил, а когда назад ставил, плохо закрутил.

Стас хитровато засмеялся и сказал Бесо уже громче:

— Да, Гамгадзе, на тот самый участок едем, а?

— Да ну тебя в баню, Алейников, — понуро пробурчал младший сержант.

Стас рассмеялся, но Черепанов строго его осадил:

— Разговорчики. Прибываем к участку.

В этот раз в начале участка выгрузился я и Стас Алейников. Когда Шишига пошла дальше, Стас включил следовой фонарь, мы стали обследовать КСП.

Ожидаемо, ничего нами найдено не было, и потому мы стали продвигаться к центру участка, где работал головной наряд.

Пяндж тут шумел как надо. Берег был пологий, словно пляж, и расслышать что-то при такой погоде было очень тяжело.

— Я тебе говорю, — уверял меня Стас, — это Гамгадзе спичку забыл убрать с реле, когда крышку с цилиндра снимал, а закрутил хреново. Туда влага попала. Спичка, небось, разбухла, ну вот тебе и сработка.

— Чего ж он, не знает, как крышки закручиваются? — Спросил я.

— Знает. Но его за таким делом уже ловили. Заговорится, отвлечется, и на тебе. Невнимательный он. Уже раз или два от командира своего, Сени Вандина, по шапке получал. А если шеф узнает, то Гамгадзе не только по шапке получит… Но и еще куда-нибудь.

— Погода плохая, шумно, — сказал я, вглядываясь в запорошенную мелкой белой мукой «параши» КСП, — как раз то что надо, чтобы в тыл прорыв совершить.

— Ты правда думаешь, что нарушитель? — Стас изобразил удивление. — Да ладно тебе. Это ж один раз из ста.

— Идет война, — напомнил я Алейникову.

— Война к нам редко заглядывают. Ребята из сводных неплохо духа за речкой гоняют.

— Не говори гоп, — сказал я, — забыл уже, как от душманского снайпера в лесу прятался?

— Так это ж не война, — махнул он рукой. — это так, суровая пограничная рутина.

Внезапно спереди раздался выстрел. Эхом он прокатился по Границе. Затем взвилась ввысь красная ракета. Она прорезала собой темноту и, казалось, коснулась самого неба.