Погашено кровью

В сенях завыл ветер, лязгнул засов, брякнула крышка от бадьи с водой, послышались голоса:

– Короче, дед, наш парень так и пропал! – басил охотник, хлебая воду. – А двое чужаков подбитые валяются. Рация сломана. Короче, следы к селу вывели и здесь затерялись. Кто дорогу утоптал?

– По утру с десяток машин к карьеру прошли. Наемников с полсотни голов протопало, а более никого. Поди, к ним прибились беглые-то. Еще вчера о них по радио болтали. Да мне невдомек, что к нам пожалуют.

– А может, и не беглые. Где они лыжи взяли?

– А кто ж! Э… постой, Матюша.

– У Максима рация работает?

– А только у него и есть связь.

– Будет повод с чужаками поздоровкаться. Ты уверен, что они у него заночевали?

– А куда им деваться? Машина назад порожняя ушла. С деревни никто не уезжал. Это я лишь в ночь на станцию сани погоню. Яшка поутру приезжает. Надо встретить сына.

– Ну бывай, дед.

Входная дверь хлопнула. Фигура старика появилась в комнате с озадаченным лицом. Белый и Чиж сидели на лавке, словно невинные синички на жердочке.

– Незваные гости? – тихо спросил Чиж.

– К утру всю тайгу флажками обложат. Уходить будем ночью. Сеном вас прикрою. До рассвета надо выбраться к «железке», потом поздно будет.

– А что скажешь, Трофимыч, когда в деревню вернешься? Где сын?

Куда мотался? У Максима засада сидит. Наш клубочек к нему вел, да мы свернули с пути. У старосты крайний дом? – Белый достал карту, разложил на столе и указал на квадратик с крестиком внутри.

Старик посмотрел на карту и кивнул.

– Похоже, дом этот Максиму принадлежит. Там вас поджидают.

– Нет, отец. Ждут одного урку, чей клубочек мы уперли и пошли его тропинкой. А тут видишь, какая каша заварилась. Один покойничек уже холодный в сторожке валялся, от второго пришлось защищаться. Глупо получилось.

– Тяжелый вы путь выбрали, ребятки. Легче не будет. Трудная дорога вас ждет, и помощи вам ждать неоткуда.

Максим – бывший комитетчик. Майор в отставке. Степанида его из Челябинска привезла. Справный мужик. Но не любят его у нас. Сам себя в старосты выдвинул. Такой выстрелит и не перекрестится.

– Охотники, зеки, волки, краснопогонники, а тут еще гэбисты. Не многовато ли для двоих? – усмехаясь, спросил Чижов.

– Все проще. Мы же знаем, что дважды не умирают. А ты у нас как колобок.