Погашено кровью

Белый тянул срок. Его жизнь остановилась в день ареста, здесь, в этом доме. Сорвавшись с крючка, он обретает свободу и начинает жить с того места, где он уснул. Здесь его заморозили, а сейчас он оттаял и проснулся в том же месте. И теперь главное.

Только тогда мы найдем беглецов, когда поймем, с какой целью он бежал.

– Ради свободы.

– За такую свободу еще восемь лет намотают. Почему бы не отсидеть еще полгода и не выйти мирным путем с паспортом в руках? Не слышу! Так вот, по чердакам и подвалам пусть московская милиция ищет, это ее работа, а мы приехали сюда с другой целью.

Горелов слышал вопрос, а вовсе не ответ, но вслух он сказал:

– Как в учебнике. И почему я сам до этого не дошел? Все так просто.

– Не просто.

– Конечно, но так говорил доктор Ватсон.

– И дался тебе этот Ватсон. Ладно. Пришло время соседей потревожить.

– Это точно. Они нас восемь лет ждут.

Сычев позвонил в квартиру напротив той, где произошло убийство.

Дверь открыла пожилая женщина в фартуке, грузная, с тяжелым дыханием и очень добрым и доверчивым лицом.

– Добрый день, – улыбаясь, сказал Сычев. – Вы открываете и даже не спрашиваете: «Кто там?»

– В двери глазок есть, а у вас за спиной стоит молодой человек в милицейской форме.

– Прозорливо."

"– Я могу вас впустить, если вы не станете тратить время по пустякам, а начнете с дела. У меня пирог стоит в духовке, и я жду дочку с мужем и внучкой.

– Спасибо. Мы коротенько.

Женщина повернулась и направилась в комнату. Гости последовали за хозяйкой.

Сычев достал свое удостоверение.

– Я следователь из прокуратуры. Моя фамилия Сычев. Со мной лейтенант Ватсон… Извините, Горелов. Скажите, пожалуйста, вы жили в этой квартире восемь лет назад?

– Я поняла вопрос. Для приличия мне следует представиться. Меня зовут Клара Аркадьевна Носова. В этом доме я живу больше четверти века. А почему вы так поздно пришли?

– Поздно?

– Ну да. Вас интересует убийство в квартире напротив или смерть моего мужа?

– Я очень сожалею о кончине вашего супруга, но мы интересуемся убийством.

– Хороша ложка к обеду Теперь вы попусту тратите время. После смерти Жени или, точнее, после того как его убили, к нам не заходил ни один человек в милицейской форме. К другим соседям тоже. Мой покойный муж сам пошел в милицию после трагедии, но Сережу все равно не выпустили.