Подводная война

В зеркальных дверях супермаркета Клим увидел, как микроавтобус перевалил через бордюр и, ловко подрезав зеленую «Волгу», влился в сплошной поток автомобилей.

Мотоцикл «Ямаха» с двумя седоками свернул с дороги, перескочил через невысокое ограждение и прямо через газон рванул к магазину."

"«Не вовремя вы, ребята, прикатили!» – про себя пожурил Клим ездоков.

Пройдя через открывшиеся автоматические двери, Клим встал за затененным стеклом магазина и стал наблюдать за улицей.

Водитель мотоцикла лихо подкатил к самому входу. Оба ездока резво направились в сторону входа.

Но не тут-то было!

Три плечистых молодца в одинаковых темных костюмах преградили им путь.

Клим не стал дожидаться дальнейшего развития событий. Все и так было ясно. За ним плотно приклеился хвост.

Глава 2

– Владимир Сергеевич! Операция, которую сегодня начало ГРУ, имеет стратегическое значение! Мы не можем позволить, чтобы этот американец заговорил! Если он откроет рот, то последствия могут быть ужасающими! Полетят не только наши головы, но и очень серьезные люди лишатся своих мест!

Дело идет о миллиардном заказе! Если просочатся данные, что мы продали сто мобильных ракетных комплексов «Стрела 200М», которых еще нет на вооружении у нас, то поднимется такая волна!

– Не играйте словами, Игорь Витальевич! Комплексы продали вы, а я только осуществлял прикрытие операции! В самом крайнем случае, меня по-тихому спровадят на генеральскую пенсию с персональной машиной и дачей в каком-нибудь престижном поселке недалеко от Москвы, – усмехнулся коренастый мужчина в военной форме с погонами генерал-лейтенанта.

Затем он протянул руку и, пододвинув к себе пачку «Парламента», вытряхнул из нее сигарету. Размяв по старой привычке сигарету короткими сильными пальцами, он сунул ее в рот и спокойно прикурил.

Все это время в большом кабинете на Старой площади царила мертвая тишина.

Два человека, сидевшие напротив генерала, спокойно смотрели, как генерал прикуривает, не выказывая никаких признаков волнения.

Каждому из присутствующих было далеко за пятьдесят. Холеные лица, добротные костюмы, ослепительно белые рубашки – все с первого взгляда выдавало в них хозяев жизни.

Первым нарушил молчание генерал-лейтенант.