Граф и гувернантка

Сестра возмущенно фыркнула:

– Зато мне есть.

– Может, вам не стоит использовать палку, – предложила Фрэнсис.

Гарриет бросила на сестру презрительный взгляд, прежде чем повернуться к остальным актерам, и предложила так важно, что от ее тона повеяло сарказмом:

– Может, вернемся к сценарию?

– Конечно, – кивнула Энн, заглядывая в рукопись. – Где мы остановились? Ах да. «Ты никогда не поднимешь руку на мою дочь…» и все такое.

– Мисс Уинтер!

– Нет-нет, я не произносила слова роли, просто нашла их в тексте, – Энн откашлялась и вновь взмахнула палкой, стараясь не задеть Элизабет: – Ты никогда не поднимешь руку на мою дочь!

Как ей удалось произнести это и не рассмеяться, Энн не знала.

– Я не хочу причинять ей боль, – ответил лорд Уинстед, и прозвучавший в этой фразе драматизм мог бы заставить рыдать искушенную публику королевского театра «Друри-Лейн». – Я хочу на ней жениться.

– Никогда!

– Нет-нет-нет, мисс Уинтер! – воскликнула Гарриет.

– Ну да, – призналась Энн. – Девица-то глупа. Думаю, злая королева будет только рада сбыть ее с рук.

Гарриет страдальчески вздохнула:

– Как бы то ни было, злая королева не считает свою дочь глупой.

– Я считаю, – вмешалась в диалог Элизабет.

– Но ведь ты исполняешь роль дочери, – возразила Гарриет.

– Знаю! Я читала ее слова целый день. Она идиотка!

Пока девочки пререкались, лорд Уинстед придвинулся к Энн.

– В попытке жениться на Элизабет я чувствую себя отвратительным старым развратником.

Энн тихонько засмеялась:

– Полагаю, вы не захотите поменяться ролями.

– С вами?

– С Элизабет, – нахмурился Дэниел.

– После того, как вы сказали, что из меня получится идеальная злая королева? Ну уж нет.

Лорд Уинстед придвинулся еще ближе.

– Не помню подробностей, но, думается, я назвал вас идеально злой королевой.

– Ах да, так намного лучше, – Энн сдвинула брови.

Дэниел кивком указал вправо.

– Кажется, она чем-то занята в кустах.

Мисс Уинтер обеспокоенно взглянула в указанном направлении.

– В кустах?

– Сказала, что готовится к следующей постановке. – Энн непонимающе заморгала. – В которой она будет играть единорога.

– А, ну конечно, – усмехнулась гувернантка. – Эта девочка довольно настойчива.

Лорд Уинстед улыбнулся, и желудок Энн совершил отчаянный кульбит.