Граф и гувернантка

– Ответ, не слишком достойный самой лучшей гувернантки Лондона.

– Какой чудесный комплимент, – не осталась в долгу Энн. – Только вот он не заставит меня ринуться в бой.

Подойдя чуть ближе, лорд Уинстед тихо произнес:

– Трусиха.

– Ну, это вряд ли, – ответила Энн, умудрившись сделать это, даже не пошевелив губами, а потом лучезарно улыбнулась. – Итак, девочки, начнем. Я останусь здесь ненадолго, чтобы вам помочь.

– Не нужна нам помощь, – проворчала Фрэнсис. – Я вообще предпочла бы, чтоб меня не заставляли этим заниматься.

Но Энн лишь улыбнулась в ответ, ибо знала, что вечером ее подопечная непременно будет хвастаться отличным результатом своих вычислений.

– Вы тоже, лорд Уинстед, – как можно любезнее произнесла Энн.

Девочки уже двинулись вперед – к сожалению, с разной скоростью, – и воздух наполнился какофонией их голосов.

– Но я не могу, – возразил граф, прижимая руку к сердцу.

– Почему? – спросила Гарриет, и одновременно с ней Энн заметила:

– Конечно, можете.

– У меня кружится голова, – произнес граф с такой наигранной мукой в голосе, что Энн не удержалась и закатила глаза.

– У нее было несварение, – поправила его Гарриет, незаметно делая шаг назад.

– Но ведь у тебя голова не кружилась, – с подозрением сказала Фрэнсис.

– Это потому, что я не закрывал свой глаз.

Это объяснение заставило девочек замолчать.

– Прошу прощения? – прервала возникшую паузу Энн, не понимая, какое отношение ко всему происходящему имеет закрытый глаз.

– Я всегда закрываю глаз, когда считаю, – пояснил граф с совершенно невозмутимым выражением лица.

– Вы всегда… Постойте-ка, – с подозрением протянула Энн. – Вы закрываете один глаз, когда считаете?

– Ну да, я же не могу закрыть оба глаза.

– Почему? – спросила Фрэнсис.

– Потому что ничего не увижу, – ответил Дэниел так, словно ответ был очевиден.

– Но тебе необязательно видеть, когда считаешь, – не унималась Фрэнсис.

– Обязательно.

Граф лгал, но девочки даже не попытались уличить его в этом, хотя Энн ждала шумных возражений. К ее изумлению, они молчали, а Элизабет и вовсе до такой степени заинтересовалась, что спросила:

– Какой глаз?

Граф откашлялся, и Энн готова была поклясться, что он поморгал то одним, то другим глазом, словно пытался вспомнить, какой из них ему подбили во время драки, наконец ответил:

– Правый.

– Конечно, – кивнула Гарриет.

Энн в недоумении взглянула на девочку.