Подставная фигура

Сименкин и Ярков провели дополнительные исследования и сказали, что еще недавно они были слагаемыми кейса-атташе стандартного вида и размера. И именно в нем находился заряд неизвестной взрывчатки.

Кейс из титанового сплава... Это вещь эксклюзивная, не хозяйственная сумка какая-нибудь, не коробка из-под обуви. Хотя находили и по сумке, помнится...

Фокин, не обжигаясь, сделал еще глоток. Машина розыска закручена. Сомов и Сверкунов с милицейскими участковыми ведут сейчас поквартирный обход соседних домов, показывая жильцам синтетический портрет брюнета.

Гарянин с Сименкиным занимаются титановыми обломками, а Дьячко и Ярков работают по неизвестной взрывчатке. Первые результаты должны появиться в ближайшее время.

Майор не торопясь нашарил сигаретную пачку. Неизвестная взрывчатка, необычный «дипломат»... И зачем столько экзотики? Может, все дело в «Консорциуме»? Куда ни повернись, натыкаешься на его интересы или его людей... Даже среди обгоревших трупов...

Фокин тяжело вздохнул, вытряхнул окурки из пачки, закурил.

Недавно он заагентурил личного телохранителя Куракина – Федьку Сопкова по кличке Сопло. Это было нелегко, пришлось проводить сложную многоходовую комбинацию, но наконец глубокой ночью на конспиративной подмосковной даче Федька, рыдая как дитя, выложил все, что знал, и подписал обязательство о сотрудничестве. А сегодня Сопкова разорвало в клочья...

Фокин вздохнул еще раз. Ему не было жаль Сопло, жаль потраченного впустую труда. Внезапно пришедшая мысль заставила майора вскочить.

Сопло, Сопло... Он много наболтал тогда, под водкой и анашой, не поймешь – где правда, где болезненный бред. Но сейчас кое-что уже не казалось бредом...

Куракинский перстень, привезенный из Африки!

Фокин полез в сейф для вещдоков, среди множества пакетов и конвертов нашел мутноватый пластиковый коробок с лаконичной надписью – «В/Д № 16». Внутри лежал тот самый перстень-печатка. Фокин вытянул из ящика стола пинцет, включил настольную лампу и поднес перстень к свету.

Недавно он вел крупное дело по контрабанде и поднаторел в ювелирных украшениях. Но тут особых познаний не требовалось.

Явно низкопробное золото, грубо-примитивная работа. Ребята из «Консорциума» такую кустарщину не признают:

у них если часы – то Картье, если запонки – то Бушерон, если перстни – то Ван Клиф и Арпел...

Использовать эту грубую поделку как украшение Куракин, конечно же, не мог. Но Сопло говорил про шаманское кольцо отсроченной смерти...