Подставная фигура

– А пиявок ставить не будешь? – пошутил Макс, не подозревая, что давешние пиявки спасли ему жизнь.

– Что-то у нас каждый день одно и то же, – сказала Маша. – Сначала драка, потом лечение... Но дерешься ты здорово!

– Если так пойдет и дальше, я быстро восстановлю форму.

– И найдешь миллион долларов?

– О! Дай-ка мне телефон.

Слегка приподнявшись на локтях, Макс набрал номер. Трубку сняли почти сразу.

– Веретнев слушает.

– Алексей Иванович, это я.

– На ловца и зверь бежит, – довольно хмыкнул Слон. – Что-то ты пропал! Давай ко мне, дело есть.

Макс вздохнул. Боль уменьшилась, но окончательно не прошла.

– Не могу. Меня подбили какие-то гады, лежу с компрессом. Но у меня тоже есть дело. Может, подкатите ко мне?

– Хорошо. – Веретнев не стал спорить. – Говори адрес.

– Ленинский проспект, 154, квартира 58, шестой подъезд.

– Ладно, через полчаса жди.

Маша, загадочно улыбаясь, подошла к кровати. Она переоделась в домашний халатик и успела снять дымчатые колготки. Голые ноги откровенно белели.

– С этим Алексеем Ивановичем ты и будешь искать клад? Очень хорошо. А пока давай я тебя помассирую.

Она села верхом ему на спину и принялась разминать плечи. Макс ощутил горячую влажную промежность на своей пояснице и понял, что девушка сняла и трусики.

– Это вместо йодной сетки? Действительно нетрадиционно...

– Ты не против? – с придыханием поинтересовалась Маша и, не дожидаясь ответа, принялась скользить нижней частью тела вдоль позвоночника: вверх – вниз, опять вверх и снова вниз.

Макс расслабился, каменное тело постепенно размягчалось. Врезавшиеся в память фигуры, взявшие его в кольцо возле самого дома, утратили четкость очертаний и таяли, превращаясь в туман.

– Где у тебя болит? – прерывающимся голосом спросила Маша. – Здесь? Или здесь?

– Чуть выше... И правее... – Голос у него тоже изменился.

Горячая плоть переместилась в нужном направлении. Еще недавно здесь лежал лед. То ли из-за контраста температур, то ли по другим причинам, но ушиб перестал болеть: появилось ощущение, что вагинальный жар проникает сквозь мышечный пласт и разглаживает поврежденные ткани. Взад-вперед, взад-вперед... Ритмичные движения распахнутой, оставляющей на коже скользкую смазку промежности затронули в подсознании какие-то смутные воспоминания.