Подстава. Книга вторая

***

Двое суток!

Долбанных двое суток мы шли под землей, периодически позволяя себе небольшой отдых. Тоннель был полностью оборудован для неспешного и вполне комфортного передвижения. Местами встречались небольшие озера, из которых женщины набирали воду, а так же специальные умывальни, где можно было помыться, но этого, почему-то никто особо не делал.

Несколько раз мы встречали другие группки путешественниц, они радостно приветствовали нас, что-то желали мне, о чем-то переговаривались, иногда устраивались совместные трапезы, причем еда была тут же, в тоннеле.

Сыры, вяленное мясо, какой-то странный кисловатый напиток, орехи. Все это хранилось близ питьевых озер, прямо вот так, просто, видимо воровство здесь не практиковалось.

К концу второго дня на меня стали странно поглядывать. Видимо по причине того, что я шла вперед, и не просилась на отдых. Как по мне – можно было вообще обойтись без привалов, и быстрее добраться до точки назначения, но женщины явно считали иначе, а мою выносливость определенно осуждали.

Ровно до слов какой-то старухи:

– Сильный господин выбирает сильную госпожу, – она сказала это на всеобщем.

Но затем явно повторила и на местном, потому как все женщины согласно закивали, и перестали смотреть на меня с подозрением.

Я же, направившись к старухе, прямо спросила:

– Вы знаете мой язык?

– Это язык господина, – важно протянула она, поправляя платок, – я учила его, чтобы служить лучше, когда появится госпожа.

Она говорила с трудом, очень медленно, и судя по произношению особой практики у старухи не было, но мне для дела и так сойдет.

– Что это? – спросила я, указав на тоннель.

– Путь женщины, – гордо ответила эта женщина.

Я бы могла придать этому выражению некоторую метафоричность, если бы разговор происходил с носителем языка, но учитывая знания старухи, она выражалась буквально.

– А мужчины? – спросила я. – Им можно ходить?

– Нет! – у старухи от возмущения все тело задрожало. – Запрещено! Путь женщины только для женщины!

Хм, а Удав неплох. Весьма неплох.

На Джангуа реально женщин никогда не видно, считается, что они постоянно в своих городках, домах, тени мужа, горах, в общем, под охраной мужчин. А выходит, что женщины более чем свободны в своих передвижениях, причем используют пути недоступные представителям другого гендера. И недоступные тем, кто ничего не знает о них. Тоннель реагировал на женский голос, на крик почти переходящий в ультразвук. Еще тоннель ровным не был – мы то поднимались, то спускались, то петляли.