Без выбора. Влад

— Значит, наказание, Особенная? Прекрасно… Вот уж не думал, что ты признаешь себя виновной? Не думал. Знаешь, мне тут стало интересно, а не специально ли вы с Верой разыграли спектакль?

Ещё удар.

И ещё.

Маша молчала, больше ни охов, ни вскриков. Только сильнее голову вжала в кожу дивана.

Он сделал последний удар и остановился.

Теперь он перейдет к более изощренному наказанию.

О котором Маша и не подозревала.

Его рука легла на поясницу девушки, надавила. Влад выждал — реакции никакой. Его рука двинулась выше.

Влад жаждал заглянуть в глаза Марии.

Уже периферийным зрением заметил, как странная дрожь сотрясла бедра и ноги Маши. Неестественная дрожь.

Что-то не так…

Он потянул девушку на себя. Заглянул ей в лицо.

— Маша? — пришла его очередь вздрагивать.

Он мгновенно перевернул девушку. Она послушно поддалась, словно неживая.

— Маша!

Её губы были прокусаны до крови. Щеки в слезах. Глаза пусты.

— Чеееерт…

Влад быстро опустился на диван и посадил Машу к себе на колени. Девушку колотила дрожь, при этом она смотрела в пустоту, не мигая и дыша через раз.

Какого черта он не разглядел надвигающуюся истерику? Или это паническая атака? Что с его Особенной? Ему надо было тормозить! Его же насторожила её покорность! Что девушка специально пошла на это долбанное наказание, чтобы разорвать с ним намечающийся контакт! А он, придурок, не понял!

Маша же особенная…

Пытается быть сильной, а у самой за пазухой целый набор из комплексов и тараканов, блоков, что оставлены Верой и её образом жизни.

Им.

— Машаааа…. Девочка моя сладкая, давай, посмотри на меня… Маша, всё, не буду больше…Всё, милая. Не ударю… Давай же, приходи в себя…

Он ласково гладил её по волосам, незаметно для себя втягивая запах её волос. Ягоды и тут. Девочка, да что же ты молчишь… Она притихла в его руках, съежилась, замерла вся.

Влад не зверствовал. Он почти нежничал. Разогревал её, играл. Да, играл жестко, как привык, но ничего сверх. Не калечил, не рвал. Отшлепал девочку, чтобы потом приласкать. Он давал понять, чтобы она не играла с ним. Опасно.

Очень.

Он хотел по-другому. Маша ему зашла. Как заходила и всем другим. Карташову, врачу…. Черт! Не думать о других! Иначе снова слетит с катушек. Достаточно на сегодня.