По ту сторону Рая

Девушка подходит к одному из столиков и сразу залазит на колени к клиенту, который хватается за упругую задницу. Отворачиваюсь к сцене, а потом опять резко поворачиваюсь, поскольку узнаю мужика. Это Демченко!

Смеюсь, запрокидывая голову на спинку кресла. Он явно здесь частый гость и вот эта «школьница» — его заказ. Он внаглую снимает с девки короткий топ, оголяя грудь, тут же щипая за соски. Мм, какие грязные открытия. Демченко у нас любитель трахаться на публике. Во мне нарастает злость и агрессия к этому человеку.

Я забыл о его существовании, только потому что меня просила Стефания. Потому что она молила о нем, как об отце ребенка. И я наступил себе на горло, позволяя ей жить с тем, кого она любит! И вот на это она меня променяла?

Смотрю, как он жадно лапает шлюшку, залезая ей в трусы, и накатывает тошнота. А потом эти грязные руки трогают Стефанию.

А самое смешное, что я уже понимаю, что сегодня урою этого мужика и уже никто меня не остановит. Да, я тоже не идеален, но меня просто выворачивает от понимания, что где-то там Демченко ждёт беременная женщина, а он грязно лапает шлюху, а потом ляжет к ней в кровать.

И ведь я тоже так делал и в период беременности Оксаны и после… и становится тошно уже от себя.

Матерюсь сквозь зубы, допивая порцию коньяка, и жду, когда эта мразь удовлетворит свои потребности. Откидываюсь на кресло, закрываю глаза, слыша, как девка начинает громко стонать, перекрикивая музыку. Давай, мразь, трахнись напоследок и я оторву тебе яйца.

А пока это происходит и во мне все больше и больше закипает адская ярость, я прихожу к выводу, что мне нужно отпустить Оксану. Хочет она этого или нет. Чтобы дать шанс исполнить свою мечту о любви. Все, игра закончена, я сдаюсь и признаю, что моя модель жизни дала трещину.

Наконец Демченко удовлетворяет свои потребности, и девка уходит. Ещё через пятнадцать минут он поднимается с места, поправляет одежду и выходит из зала. А я докуриваю сигарету и звоню охране, которая теперь меня всегда сопровождает, и прошу задержать мудака.

Встаю с места, кидаю на стол деньги за спиртное, чаевые, и медленно направляюсь на выход. По крови разливается предвкушение того, что я сейчас накажу мразь, которая лишила меня моей женщины. Возможно, я ничем не лучше, чем он. Но мне плевать, я хочу наказать мудака. Прости, Стефания, он сам попался мне на глаза, я держался, как мог, обещаю не убивать твою любовь. Хотя очень хочется.