Пляски с волками

Одним прыжком оказавшись у окна, я выбил сапогом раму с зубчатыми остатками стекол, вскинул автомат и застрочил – по шести волкам, наметом мчавшимся к лесу. И опустил «шмайсер», не расстреляв до конца магазина – волки мчались так, что были уже за пределами прицельной дальности. Да и прицельный огонь, мелькнуло у меня в голове, не причинил бы им ни малейшего вреда…

Сержант уже не стрелял. В коридоре загрохотали сапоги, и Вася Тычко бомбой влетел в горницу – без пилотки, с автоматом без магазина в опущенной руке, ошарашенный.

– Ох ты ж! – выдохнул он, натолкнувшись взглядом на мертвого Петрушу. – Товарищ майор, товарищ подполковник… Когда стекла вылетели и эти сыпанули из дома, я по ним бил чуть ли не в упор… Только без толку, будто холостыми палил…

Все молчали. В воздухе стоял тяжелый запах крови. И я подумал заполошно: многое, очень многое оказалось чистейшей правдой – но мы проиграли…

Пещера Али-Бабы

Мы с подполковником Радаевым сидели по разные стороны стола и молчали, и это длилось уже долго.

Кончилась эта история. Врать нам пришлось не особенно много, но все же пришлось, главным образом письменно…

Едва мы более-менее опомнились, Радаев устроил на улице, возле машины, этакий военный совет в Филях, в котором участвовали все четверо, без различия, кто офицер, а кто сержант. Все едва ли не моментально согласились с Радаевым: правду рассказывать никак нельзя, нам просто не поверят, даже если не заподозрят в злоупотреблении водкой или в психическом расстройстве.

«Дело было лет сто назад, – говорил он глухим голосом, не глядя на меня. – Два французских военных корабля попали в шторм и потеряли друг друга. Вот фрегат и поплыл искать второй корабль, и вдруг они увидели на горизонте… Плыл большой самодельный плот и вел на буксире несколько лодок.