Пляски с волками

Были незаметные посторонним, но явственно видимые сведущим отличия в движениях (в том, что казенно именуется вазомоторикой), в мимике, выражении глаз, даже любимых словечках, для той или иной ситуации своих…

Сейчас подполковник радовался, и было от чего – они взяли Крота. Подполковник оперативного отдела штаба армии, изволите ли видеть, сука гладкая. История довольно редкая, но случавшаяся и прежде. В сентябре сорок первого, когда он был еще капитаном и служил в штабе полка, попал в плен и пошел на сотрудничество с абвером.

Немцы вовсе не загоняли всех пленных скопом за колючую проволоку – изучали, фильтровали, выискивали перспективных кандидатов на вербовку. В конце октября устроили ему «побег из лагеря» и по каналу подпольщиков (который вскрыли, но не стали громить, держали под наблюдением) переправили в партизанский отряд «Мстители». Там командиры очень быстро поняли, что грех использовать толкового штабиста (а штабистом он, сволочь, был толковым) как простого стрелка или подрывника. И Крот полгода прослужил в штабе отряда, где показал себя неплохо. Оставался вне всяких подозрений – вовсе не был обычным агентом, информировавшим хозяев об отрядных делах. Этим он не занимался вовсе – немцы готовили ему другой вариант будущего, умели заглядывать вперед и планировать надолго. Их расчеты оправдались – в мае сорок второго капитана вывезли на Большую землю и после поверхностей проверки вернули в ряды РККА. Два с лишним года он рос по службе – штаб дивизии, штаб армии, штаб фронта. Получил два ордена и медаль «Партизану Отечественной войны» – все это время сливал абверу секреты, к которым имел доступ. Погорел в конце концов. Причем открылись неплохие возможности превратить его в канал для перекачки дезинформации – прекрасно понимал, сволочь, что заработает расстрел, и цеплялся за свою поганую жизнь…

– Ну что же… – сказал Радаев. – Влип ты, пока меня не было, в дурные приключения… О кладах пока что говорить не будем – мы не юные пионеры из приключенческих романов и уж тем более не герои классиков вроде Стивенсона.

К тому же у нас нет карты с крестиками… Сосредоточимся на делах служебных. Конкретно, на твоей истории, случившейся после визита на мельницу. Ты как, будешь писать подробный отчет обо всем, что произошло на лесной дороге? – и глянул с хитрецой, заранее, видимо, зная ответ."

"– Нет, – сказал я.