По-другому (СИ)

– Спасибо, – искренне благодарю малышку. А эта лисица малая стреляет в меня глазками и щечку тянет для поцелуйчика. Нежность топит. Я немного оттаиваю, прихожу в себя. Звонко чмокаю сахарную щечку. И ловлю Верин переполненный такой же нежностью взгляд.

– Тебе тоже спасибо, – шепчет, когда мелкая уносится, будто бы смущенно ведя пальцами по красным лепесткам.

– Не стоит благодарности. Праздник же.

– Я не про цветы.

– А про что?

– Конкретно в данном случае – про тепло, которое ты даришь Юльке. Далеко не все мужчины так безоглядно принимают чужих детей.

– Она твоя дочь в первую очередь, – чещу бровь, несколько сбитый с толку тем, какую серьезную тему мы неожиданно сами для себя подняли. – Для меня даже предпочтительно, что она есть.

– Серьезно?

– Конечно. Со мной у тебя детей не будет. И потому я рад, что ты закрыла этот гештальт заранее.

Вера непонимающе моргает. Сводит брови над переносицей.

– М-м-м… А почему не будет? Ты же не…

Эм. Вот уж не думал, что это может быть кому-нибудь непонятно.

– Нет, конечно! Просто не хочу рисковать, – перебиваю, объясняя, как есть. – С Максом я справился. И ни о чем не жалею. Но если вдруг что… Повторить тот же путь я не готов.

Вера закусывает губы, размышляя над моими словами. Кивает. И как-то излишне дерганно, что ли, отворачивается к дивану:

– Ребят, давайте-ка все к столу, а то поздравления затянулись, как бы наш праздничный ужин не остыл.

И вроде она ведет себя как всегда, смеется над Юлькиными глупыми шутками, подкладывая Максу еду, вскользь задевает его руку пальцами – даря тепло, но ни в коем случае не нарушая его границы.

– Цветы забыла, – напоминаю я, до боли вглядываясь в ее глаза в попытке понять, где же я накосячил.

– Не забыла. А специально оставила, – морщит нос. – Во избежание допроса от Костика.

– Он что, зайдет? – наклонившись, чтобы достать обувь из ящика, интересуюсь я.

– Эм… В каком смысле?

– Ты планируешь пригласить его в гости?

– В гости? Ефрем, это ведь и его квартира. Я думала, ты в курсе, что…

– Что? – вскидываю брови, чувствуя, как на затылке поднимаются сбритые, сука, под ноль волосы.

– Я думала, ты в курсе, что он живет с нами. Конечно, я просила его съехать, но все без толку. Он все делает мне назло.

– С вами? – повторяю, как гребаный попугай. Вера, широко распахнув глаза, виновато кивает. – Постой.