Плоть и кровь

Жаждал утратить себя, лететь так резко и быстро, чтобы от него не осталось ничего, только этот режущий воду коготь. Он еще повернул на ветер. И грот и кливер вздулись, будто воздушные шарики, лодку накренило так, что вода перехлестнула через борт. Дед оглянулся, и Бен увидел страх на его старом, усталом лице. Сейчас, на недолгое время, дед покинул свой мир и вошел в другой, в мир, которым правил Бен. Лодка неслась по воде так стремительно, что напор воздуха наполовину ослеплял Бена, и он повернул ее еще на несколько градусов к ветру.

— Не слишком ли быстро идем, сынок? — спросил дед.

Сынок, он назвал Бена сынком. Этого Бен снести не смог, этой любви или стыда, и в последней судороге любви и стыда он еще развернул лодку, и она опрокинулась. Бен видел, как это происходит. Видел, как вода, вскипая, переливается через борт, видел лицо деда — бледную, недоумевающую душу, покидающую тело, и тут лодка повалилась и выбросила их в воду.

Она видела, как уходит время. Видела, что бояться так же глупо, как выйти в ветреный день из дома в экстравагантной шляпе и осыпать проклятиями ветер.

Вода оказалась чудесной. Холодной, абсолютно чистой, обильной пеной и жгуче соленой. Бен помедлил под нею, пройдясь взглядом от яркой морщинистой шкурки ее поверхности до зеленой мглы под ним. А когда наконец вынырнул, увидел футах в десяти от себя выплевывавшего воду деда.

— Ты как? — спросил дед.

— Нормально.

— Что, черт дери, произошло?

— Мы перевернулись.

— Это я понял.

— Все в порядке, — сказал Бен. — Нам ничто не грозит.

— Но как это могло случиться?

— Просто случилось.

— Мы сможем снова поставить лодку?"

"Лодка лежала на боку, корпус ее поднимался над водой, точно спина маленького белого кита, паруса грациозно подрагивали. Бен вгляделся в нее, потом в сердитое лицо деда.

Вот и конец их маленького путешествия. Теперь пришло время выправить лодку, забраться в нее и возвратиться ко всему, что ждало его на берегу.

— Это может оказаться не просто, — ответил Бен.

Ему хотелось лишь одного — остаться в воде, соединится с ее нездешним холодом.

— Продавец уверял, что это проще простого, — сказал дед, отгребаясь сильными толстыми руками и тяжело отдуваясь.

Он прав. Ухватить лодку за планшир и поставить ее на воду будет не трудно.

— Я лучше сплаваю за помощью, — сказал Бен.

— Какая еще помощь, о чем ты? Нам не нужна помощь.

Но Бен уже уплывал.