Пляска в степи

В толпе тихонько запричитали сердобольные женщины, где-то испуганно заплакал ребенок.

— Добрый удар, — одобрительно хмыкнул Вышата. — Хватило одного.

Горазд нехотя кивнул. Порой бывало, рубили с двух и даже с трех. Он видел такое раньше и в тереме на Ладоге тоже. Но его князь всегда казнил одним ударом.

— Занятно, ему так князь велел али сам не всхотел? — размышлял Вышата, пока они с Гораздом пробирались поближе к месту казни, чтобы поглазеть на отрубленную голову.

— Сам. Ты князя-то ихнего видел? Его воля — придушил бы вымеска.

За вечерней трапезой сдержанно говорили о казни, словах Ладимира и скором отъезде. Это был последний пир, и кмети Ярослава во главе с князем собрались за длинным дубовым столом в тереме Некраса Володимировича. Напитки и кушанья подавали слуги да девки. За столом не сидела ни княгиня, ни вторая княжна, ни их ближние девушки.

Коли и дивился кто такому, то молча, про себя. Вслух никого не поминали. Особой радости за столом ни у кого не было, и даже слова за здравие звучали как-то тускло, скупо.

Но Горазду все одно мстилось, что веселились безрадостно. Вышата попенял, что бурчит он как старый, больной дед. Кусок в горло подле него не лезет! Насупившись, Горазд прикусил язык и порешил, что мысли впредь будет держать при себе.

"Трапезу закончили рано: вставать им еще до первого луча солнца. Да и дальняя, сложная дорога предстоит. Тут нужна ясная голова, зоркий взгляд. Когда кмети повставали с лавок и потянулись в клеть, вывалившись из душной горницы на прохладный ночной воздух, во дворе им повстречался кузнец. Дядька Могута шагал им наперерез из кузни, держа в руках какой-то сверток. Он направлялся прямиком к князю, и снедаемый любопытством Горазд нарочно замешкался, опустился на одно колено, будто обронил что-то на землю и пытается найти.

Поглядывая снизу наискосок, отрок увидел, как кузнец отдал Ярославу Мстиславичу сверток, и тот, поблагодарив, развернул его. В ярком свете луны блеснули в руках князя два широких серебряных обручья.

Девка в тереме III

Поздним вечером Звениславка пришла в клеть к Рогнеде. Той ночью опальную княжну охранял отрок Бажен, и Звениславке не составило труда уговорить его дозволить ей проститься с сестрицей.