Пятьдесят оттенков свободы

— Мне кажется, сестра Нора страшно рассержена.

— Я действую так на всех женщин. — Он ухмыляется.

Я смеюсь, но резко останавливаюсь, когда боль пронзает грудную клетку.

— Что правда, то правда.

— Ох, Ана, как я рад, что слышу твой смех.

Нора возвращается с кувшином воды со льдом. Мы оба замолкаем, глядя друг на друга, пока она наливает воду в стакан и протягивает его мне.

— Только маленькими глотками, — предостерегает она.

— Да, мэм, — бормочу я и делаю долгожданный глоток холодной воды. О боже. Как вкусно. Я делаю еще глоток, и Кристиан пристально наблюдает за мной.

— Миа? — спрашиваю я.

— С ней все в порядке. Благодаря тебе.

— Она действительно была у них?

— Да.

Значит, все это безумие было не напрасно. Меня охватывает невероятное облегчение. Слава богу, слава богу, что с ней все хорошо. Я хмурюсь.

— Как они добрались до нее?

— Элизабет Морган, — просто отвечает он.

— Нет!

Он кивает.

— Она забрала ее прямо из спортзала.

Я морщу лоб, по-прежнему не понимая.

— Ана, я потом все подробно тебе расскажу.

С Миа все прекрасно, учитывая обстоятельства. Ее накачали наркотиками. Сейчас она еще слаба и потрясена, но каким-то чудом больше никак не пострадала. — Челюсти Кристиана сжимаются. — То, что ты сделала… — Он проводит рукой по волосам. — Невероятно смело и невероятно глупо. Тебя же могли убить! — Глаза его блестят мрачным серым блеском, и я знаю, что он сдерживает свой гнев.

— Я не знала, что еще делать, — шепчу я.

— Ты могла бы сказать мне! — негодует он, стиснув лежащие на коленях руки в кулаки.

— Он сказал, что убьет ее, если я кому-нибудь расскажу. Я не могла так рисковать.

Кристиан закрывает глаза, на лице написано страдание.

— Я с четверга умер тысячью смертей.

С четверга?"

"— А какой сегодня день?

— Почти суббота, — говорит он, взглянув на свои часы. — Ты была без сознания больше суток.

Ого.

— А Джек и Элизабет?

— Под арестом. Хотя Хайд находится здесь под охраной. Им пришлось вытаскивать пулю, которую ты в него всадила, — с горечью говорит Кристиан. — К счастью, я не знаю, где именно он находится, иначе, наверное, сам убил бы его.

 — Лицо его мрачнеет.

Вот черт. Джек здесь? «Это тебе за SIP, паршивая сука!»

Я бледнею. Мой пустой желудок конвульсивно сжимается, к глазам подступают слезы, а тело бьет глубокая дрожь.

— Эй. — Кристиан придвигается ближе, голос озабоченный. Забрав стакан из моей руки, он бережно обнимает меня. — Уже все хорошо. Ты теперь в безопасности, — хрипло бормочет он мне в волосы.

— Кристиан, прости.