Пятьдесят оттенков свободы

 — Я вижу, что она смущена.

Лулу?

— Все в порядке? — спрашивает она Лейлу, которая улыбается ей. Сьюзи посылает мне открытую, искреннюю улыбку и выходит из комнаты.

Сьюзи и Кристиан… Это не та мысль, на которой я хотела бы задерживаться. Прескотт вытаскивает из кармана телефон и отвечает. Я не слышала, чтобы он звонил.

— Мистер Грей, — говорит она. Мы с Лейлой поворачиваемся к ней. Прескотт закрывает глаза, словно от боли.

— Да, сэр. — Она подходит и протягивает мне телефон.

Я закатываю глаза.

— Кристиан. — Я стараюсь скрыть свое раздражение.

— Какого черта, во что ты играешь? — орет он, кипя от злости.

— Не кричи на меня.

— Что значит «не кричи на тебя»? — орет он еще громче. — Я дал особые указания, которыми ты опять полностью пренебрегла. Проклятье, Ана, я страшно зол.

— Когда успокоишься, поговорим.

— Не вешай трубку, — шипит он.

— До свидания, Кристиан. — Я выключаю телефон Прескотт.

Черт. У меня совсем мало времени. Сделав глубокий вдох, я снова вхожу в комнату в зал заседаний.

— На чем мы остановились? — спрашиваю я Лейлу, садясь напротив. Глаза ее слегка расширяются.

«Да, я умею с ним обращаться», — так и подмывает меня сказать. Но не думаю, что она хочет это слышать.

Лейла нервно теребит концы своих волос.

— Первым делом я хотела бы извиниться, — тихо говорит она.

Ой.

Она поднимает глаза и замечает мое удивление.

— Да, да. И поблагодарить за то, что не выдвинули обвинение.

— Я знаю, вы не… э, в общем… — бессвязно лепечу я. Вот уж чего не ожидала, так это извинений.

— Нет.

— Сейчас вы чувствуете себя лучше? — мягко спрашиваю я.

— Намного. Спасибо.

— А врач знает, что вы здесь?

Она качает головой.

О-хо-хо.

Она делает виноватое лицо.

— Я знаю, потом мне придется расплачиваться за это, но я должна была забрать кое-какие вещи и хотела повидать Сьюзи, и вас, и… мистера Грея.

— Вы хотите видеть Кристиана? — Мой желудок ухает куда-то вниз.

— Да. Я хотела спросить у вас разрешения.

Ну дела! Я изумленно смотрю на нее и хочу сказать, что не разрешаю. Не хочу, чтобы она приближалась к моему мужу. Зачем она пришла? Оценить противника? Расстроить меня? Или, быть может, ей нужно это, чтобы в некотором роде поставить точку?

— Лейла. — Я с трудом подбираю слова. — Это не мне решать, а Кристиану. Вам надо спросить его самого.