Жестокий роман

— Что посоветуете? — продолжаю осматриваться. — Что женщинам нравится?

— А вы представьте, что хотели бы сами снять.

Охуеть.

Как эта деваха улыбается. Знойная. В моем вкусе. Грудь по ходу натуральная. И задница что надо.

— Мы ведь стараемся ради вас, — выгибается точно кошка, наматывает прядь волос на палец. — Ради любимых мужчин.

Так и рвется на мой хуй.

— Вчера получили новую коллекцию, — закусывает губу. — Однако лично я предпочитаю классику. Например, вот эту модель.

Берет лифчик, крутит передо мной.

— На мне сейчас такая же, — выдыхает.

Я изучаю. Выразительно.

— Понимаю, бывает трудно определить, — ведет плечами. — Разрешаю вам потрогать меня, для сравнения.

Что дальше? Опустится на колени и возьмет мой член в рот?

Я бы нагнул деваху. Но в другой раз. Не сегодня.

— Давайте все, что есть, — говорю я. — Красное. Разных размеров.

— Все?

— Да, — достаю бумажник.

* * *— Сама свой размер найдешь, — ставлю перед ней пакет.

Хлопает ресницами.

Ну и глазища.

— Что? — хмыкаю. — Сработала твоя затея. Увидел красное белье и не стал себя сдерживать. Бери и наряжайся.

Вздрагивает.

Будто я ей вогнал. А я же ее и пальцем пока не тронул. Я не спешу. Сначала душ, потом трах. Она расплатится за мои распухшие яйца.

— Сделай так, чтобы я об этом не пожалел.

Отправляюсь в ванную комнату.

Глава 20

Хочу ее. Аж челюсти сводит. Член стоит так, что можно гвозди забивать. Мозги вырубаются. Напрочь.

Интересно, как будет благодарить за тряпки.

Встретит прямо у выхода из душа. На полу. На коленях. Раком. Повиляет задом. Потрется головой о мои колени. Высунет язык. Яйца вылижет. Обсосет хуй. Возьмет в рот. Отсосет. Долго. Глубоко. С чувством.

Нет. Черта с два.

Гордая. Слишком. Разляжется на кровати. Царица. Обрядится в обновки. Примет позу погорячее. Чтоб у меня остатки мозга в член утекли.

Придется самому ее по-всякому выгибать. И я выгну. Ох, как я ее сейчас выгну. И выебу. Пусть орет. Пусть умоляет.

Нутро выкручивает. Через пах. Жжет железом."

"Я бы ее сутками ебал. Во все дыры. Пока яйца не посинеют. Да и потом тоже. Я бы из нее всю душу выдрал.

Ведьма.

Сжечь бы ее на костре. Дотла. Но сперва — распять.

И ебать, ебать, ебать. Вломиться телом в тело.

Я выхожу из душа и вижу ее.

В той же позе. Даже не тронула пакет. Стоит как вкопанная. Глазищи вылупила. Смотрит на мой стоячий хер. И краснеет. Явно. Лицо бледное.