Жестокий роман

 — Что это значит?

— В целях безопасности нам лучше не продолжать путешествие под своими настоящими именами, — заявляет так, точно ничего необычного не происходит и показывает мне свой собственный паспорт с подставными данными. — Видишь, я тоже подстраховался.

— Это, — делаю непроизвольную паузу. — Это фальшивые документы?

— Ну, как сказать, — усмехается.

— Скажи, как есть.

— С точки зрения таможенного контроля абсолютно настоящие.

— В смысле? Тут наши фото и чужие имена.

— Я обо всем позаботился, — сообщает уверенно.

— Мы переходим черту.

Настоящее безумие. Нельзя ввязываться в подобную авантюру. Если кто-то почует подвох, выявит подделку, да просто заподозрит неладное… нам конец. Швырнут за решетку. И будут правы.

— Должен быть запасной план, — роняю вкрадчиво. — Без нарушения закона и криминала. Неужели не понимаешь, как сильно рискуем?

— Понимаю, только это ничего не меняет.

— Надо попытаться. Найти другой вариант.

— Поверь, иначе не выйдет, — невозмутимо произносит Олег. — Так будет труднее нас отследить.

— Их? — переспрашиваю с долей истеричности. — Кого?

— Я сыграл против правил, чтобы спасти нас, — мрачнеет. — Поверь, другого выхода не существует. Ты должна довериться мне.

— Доверяюсь… слишком часто, — выдаю сдавленно. — Уже даже начинаю уставать от собственного доверия.

— Вика, скоро ты все поймешь. Правда. Совсем скоро.

— И каким будет следующий шаг? — нервно смеюсь. — Попросишь закопать труп?

— Мы не делаем ничего противозаконного, — заключает твердо.

— А это как назвать? — потрясаю новым паспортом.

— Вынужденная мера, — отмахивается. — Считай это программой по защите свидетелей.

— Теперь ты пугаешь меня по-настоящему, — передергиваю плечами. — Помимо проблем с бандитами добавятся проблемы с правоохранительными органами.

— Хочешь отказаться? — хмуро сдвигает брови. — Вернуться назад?

— Я хочу услышать хотя бы немного правды.

— Я не стану держать тебя силой, — даже совершает шаг назад. — Если решишь оставить меня, лучше сделай это сейчас.

Отрицательно качаю головой, подхожу вплотную к нему, обнимаю.

— Ты идиот? — интересуюсь чуть слышно. — Как я могу тебя здесь бросить?

— Вика…

Я закрываю его рот поцелуем. Никто и никогда не встанет между нами. А слепая страсть точно не помеха истинным чувствам.

* * *"

"Я удивляюсь собственной способности лгать. Сердце бьется ровно. Меня не прошибает холодный пот. Мой пульс явно остается в пределах нормы. Ни единого признака волнения.