Жестокий роман

Зачем? Бесполезно. Предугадать темные желания не выйдет.

Гремят аплодисменты.

Марат разрывает наш контакт, чтобы присоединиться к бурным овациям. Возможно, его хоть немного проняло происходящее на сцене. Во всяком случае, он наблюдал за этим действом гораздо внимательнее меня.

Тоже хлопаю в ладоши. По инерции.

Безумие, однако кажется, будто все вокруг могут увидеть мое клеймо. Позорную печать принадлежности. Каждый человек здесь понимает, кому я досталась в собственность.

Спину жжет. Но я улыбаюсь. Губами. Не рискую портить внешний вид недовольной миной.

Лучше уж порадоваться напоказ. Тогда больше шансов вновь вдохнуть воздух свободы. Вырваться на волю опять.

Боже. А я вообще сумею сбежать? Его люди повсюду. Наблюдают, отслеживают шаг за шагом. Никто не позволит ускользнуть.

Должен быть выход. Должен. Иначе ведь не бывает. Из любого положения можно выбраться. Наверное.

Господи. Мои последние надежды тают.

А вдруг я просто не хочу убегать? Потому и варианты не замечаю. Пропускаю все шансы. Жду чего-то.

Однако на самом деле, не желаю бороться.

Неужели я сдалась? Так быстро. Легко. Неужели это все? Вот так и закончу свои дни. В вечном плену. В заточении. Под грудой налитых железом мускулов. Под громадным членом, что вбивается до матки.

— В ресторан хочешь? — спрашивает Марат.

— Д-да, — отвечаю, запнувшись.

Совсем не тянет ужинать, но подобный поворот станет отсрочкой, только поэтому и соглашаюсь. Не желаю возвращаться обратно, туда, где все напоминает о моей новой доле.

Мы отправляемся в один из лучших ресторанов города.

Оказываемся в закрытой вип-комнате для особенных гостей. Стол уже полностью сервирован. Официант настолько оперативно доставляет заказ, что складывается впечатление, будто сегодня это элитное заведение работает исключительно для нас. Другие клиенты не в счет.

Я ни в чем себе не отказываю. Закуски. Основное блюдо. Салат. Десерт. Кусок в горло не лезет, потому заталкиваю насильно.

И улыбаюсь. Не перестаю улыбаться. Это уже что-то ненормальное. Истерическое.

Мне кажется, смахивает на нервный срыв.

Марат мрачнеет. С каждой прошедшей секундой.

— Ты недоволен? — выпаливаю, не выдержав напряжения.

— А ты довольна? — парирует отрывисто.

— Нет, — говорю, не думая.

Не могу лгать. Ему — не могу. Не удается, не получается. Никак. Правду от этого мужчины не утаить.

— И что с тобой делать? — сверлит взглядом.

Отпустить.

Я не озвучиваю это вслух. Но он и без того все отлично понимает. Истина находится на поверхности.