Перстень Иуды

Петр не знал, как реагировать на происходящее, а потому откинулся на подушку и поплыл по волнам наслаждения…

Утром, когда Петр оделся и собрался уходить, Мила взяла его за рукав.

– Подожди, дружочек, а тити-мити? – она быстро потерла большой палец об указательный. – У меня тут не богадельня!

Тон у нее был строгий и требовательный, от вчерашнего милого кокетства не осталось и следа.

– Денег дать? – не ожидавший такого оборота, Петр извлек из внутреннего кармана портмоне. – За ночлег, что ли?

Милка криво усмехнулась.

– Да нет, дружочек, не за ночлег! За другое! За кайф, что ты от меня словил…

– А-а-а, – наконец, он понял, с какого «неба» ей падают деньги, и удивился: Софка довольствовалась выпивкой, закуской да продуктами для хозяйства. Иногда ей подкидывали немного «на булавки» – и она была вполне довольна.

Расстегнув туго набитый портмоне, он достал пачку купюр.

– Сколько?

Мила выхватила всю пачку, отобрала половину, потом половину оставшейся половины, а четвертую часть нехотя вернула ему.

– Тебе, как земляку – скидка…

«Ничего себе, цены!» – подумал Петр, но виду не подал. А вслух спросил:

– Можно я к тебе еще приду?

Она умехнулась еще раз, вытянула сложенные трубочкой губы.

– Будут тити-мити, пожалуйста!

Седой вздохнул. Такие деньги, к которым привыкла Милка, рядовому члену банды не заработать. Значит… Неожиданно в голову пришла интересная мысль.

– Будут, – сказал Петр.

И повторил уже уверенней:

– Будут! Только надо с тобой о фартовом деле побазарить… Хорошую долю хочешь? Тогда надо будет подмогнуть мне маленько…

* * *В затрапезном домишке на Старопочтовой его ждала бурная встреча.

– Ты куда пропал?! Мы думали, тебя уголовка замела! – возмущался Пыжик. – Так у нас не делают! Ты теперь не сам по себе, ты в компании! Мы за кентов держимся, друг друга защищаем…

Седой издевательски усмехнулся.

– Я помню, как ты меня у грека защищал, – в груди клокотала ярость. Он с трудом сдерживался, чтобы не пристрелить подлого предателя.

– Хватит попрекать, я не нарочно! Так вышло… Гном меня простил!

Пыжик отмахнулся и решил «перевести стрелки». Он внимательно осмотрел новый наряд подельника.

– Зачем ты так вырядился? Зачем? Чтобы чекистам глаза рвать?

– Чтобы шлюх приманивать! – поправила хмурая Софья. – Начал по кабакам шляться – съезжай с моей хаты!

Только об этом Седой и мечтал.