Перстень Иуды

– Ай-яй-яй. Это от нервов, – сочувственно качал головой следователь. – Как я вас понимаю… Но ведь вы не хотели стреляться? Вы желали избежать дуэли, если бы это было возможно без нанесения урона вашей чести?

– Точно так, ваше превосходительство.

– Тогда почему вы не приняли предложение князя Юздовского о мировой?

Павел задумался. Действительно, почему? Объяснить такую странность он не мог даже самому себе. Впрочем…

– Это все перстень, ваше превосходительство…

– Вот как? – насторожился следователь.

– Как только я надел его на палец, страх и беспокойство прошли. Я уже не боялся дуэли, потому что знал: все будет хорошо…

– Ясненько, ясненько! – Небувайло потер пухлые ладошки. – Значит, без дьявольщины не обошлось?

Павел пожал плечами.

– Хорошо, что наступили просвещенные времена, батенька, – холодно сказал следователь, откидываясь на спинку кресла. – А при Петре Алексеевиче сожгли бы вас, любезный! Заживо сожгли! Что еще желаете добавить?

– Все.

– Еще бы! Из-за безделицы человека на тот свет отправили, – буркнул Небувайло. – Продолжайте.

– Да уж и сказать больше нечего. К вечеру приехали ваши люди и увезли меня сюда, перстень забрали.

В комнате повисла тишина. Было слышно, как поскрипывает перо писаря. Наконец, и этот звук стих.

– Вот и дознанию конец, молодой человек, – сурово заявил следователь. – Расписывайтесь вот здесь и вот тут. Все. В камеру!

– Но почему опять в камеру, ваше превосходительство? Вы же сказали, что дознание завершено."

"– А куда же вас прикажете?! В ресторацию, что ли?! Дознание завершено, а наказание вы еще не получили…

– И что теперь со мною будет?

– Известно что.

– Но я могу рассчитывать на ваше доброжелательство и поддержку? – робко спросил Павел.

– Что? – вскричал следователь. – Это с какой радости?! Вы, сударь мой, убийца.