Падение Хана

И лишь когда мы очутились в машине, он упал на сиденье и застонал, запрокидывая голову и придерживая ладонью грудь справа.

— Твою мать…проклятый ублюдок чуть не задел сухожилие.

Глаза снова закрылись, и на лбу выступила испарина.

— Вам…вам плохо? — спросила, чуть подавшись вперед.

— Еще…еще раз увижу тебя возле какого-то мужика, сверну голову, — пробормотал и закатил глаза снова. — Какого хера ты делала возле него?

— Может, и правда, надо в больницу, — прошептала я и растерянно посмотрела, как проступает кровь на повязке.

 — Бинтовала руку…

— Как посмела?

— Он попросил и… и я поняла, что мы знакомы. Он сказал, что когда-то спас…меня…точнее, ее. И…

— Никогда больше не смей дотрагиваться до других мужчин!

— Я не дотрагивалась, я…

— Поняла?

Спросил и резко открыл глаза, стиснул мою руку до боли.

— Поняла…я… я просто помогла ему и…

— Помощница, бл*дь, нашлась…

***

— Ему нужно в больницу. Рана довольно глубокая. Я бы поставил капельницы с антибиотиком и понаблюдал за его состоянием.

Голос врача доносился из-за приоткрытой двери.

Он приехал, едва мы переступили порог дома, и притащил с собой саквояж с инструментами и медикаментами. Невысокого роста, с округлым брюшком, поздоровался со мной и спросил, как дети, но не дожидаясь ответа, пошел подпрыгивающей походкой вслед за помощником Хана. Он тоже ЕЕ знает и тоже решил, что я — это она. Господи, это же насколько мы похожи. Разве на самом деле такое бывает?

— На хер больницы! — прорычал Хан и тяжело выдохнул. — Лечи здесь.

Коли все, что нужно, или проваливай, найду другого врача.

— Что нужно делать? — услыхала старческий голос Батыра. — Тебе привезут любое оборудование и достанут любые лекарства.

— Зашить рану, у меня нет с собой обезболивающих, по крайней мере настолько сильных. И времени ждать пока привезут тоже нет. Он потерял много крови.

— Промывай, зашивай, и хватит болтать.

— Внук…может, все же тебя отвезут в частную клинику Салмана? Это близко. На личном вертолете будешь там за четверть часа и …

— Нет.

Никаких клиник. Никто не должен знать, что я в таком состоянии. У меня на носу договора, их могут отменить. Шейте. Хватит болтать. Я завтра должен быть как огурец. И только попробуйте не поставить меня на ноги!

— Придется колоть опиаты!

— Значит, будете колоть!

Я слышала, как они переговаривались за дверью, а сама не знала, куда мне податься. До меня доносились его стоны, и от них становилось трудно дышать, казалось, мне самой дьявольски больно.