Отмороженный 13.0

Причем радостное и нетерпеливое, будто на доклад полетел.

— Перехватить сможешь?

«Только если на таран, — ответил дрон. — Иначе разницу в скорости не смогу компенсировать».

— Ладно, пусть летит. Будем на живца ловить, просто позицию получше надо выбрать.

Гибрид-разведчик больше не возвращался и не кричал, но ощущения, что он действительно улетел, почему-то не было. Может, подозрительность развилась, а, может, здесь таких шпионов-гибридов под каждым камнем. Чужой мир, чужое измерение — все чужое.

Чем дальше мы шли, тем больше следов монстров замечали.

Еще три холма были исцарапаны до состояния разваренного дошика. Полоски, полоски и еще полоски сверху. Потом появилась первая нора, из которого на меня зыркнуло три красных глаза. Зыркнуло и исчезло, оставив едва заметный энергетический шлейф и следы едкой кислоты на входе (возможно, просто слюна потекла).

Хомяк порывался поиграть в терьера, благо, что при определенных усилиях мог протиснуться, но я не пустил. Просканировал нору, практически сразу же натолкнувшись на какой-то барьер, и оставил на входе «Ледяную мину».

Прошел к следующему холму, насчитал там еще с десяток подобных нор и вернулся за миной, чтобы зря не пропадала.

Норы были повсюду. Каждый холм, словно сыр. Побольше, поменьше, по две в ряд, по две в колонну. Некоторые отверстия были на такой высоте, что уже могли считаться гнездами, а не норами. И везде туман и отблески красного свечения. В месте, на которое указывал «Метеозонд», было сразу четыре отверстия. Два овальных от земли и два круглых, практически одинаковых над первыми.

Когда этот холм проявился сквозь туман, я чуть было не выстрелил, приняв каменный склон за морду монстра. Уж слишком это напоминало огромные ноздри с красными круглыми глазками. Еще и курило, блин, туманная дымка вытекала через «ноздри» плотными ручейками. Расходилась в стороны, смешиваясь с дымкой вокруг.

Краснота в круглых отверстиях, так похожих даже не на глаза, а сразу на очки, в версии системы оказалась именно тем барьером, который не пропускал сканер.

Зато воздействие аномалии я начал пропускать на порядок сильнее. Защипало кожу в кресле, а у Ориджа повысился расход энергии. И чем ближе я подходил, тем ощутимее он рос.

— Есть версия, что мы нашли источник местной аномалии, — сказал я Искорке, параллельно отправляя Татьяне картинку с камер и данные поверхностного анализа тумана.

«Подорвем?» — отозвался дрон.

— Хотелось бы тоньше сработать, — я покачал головой, прикидывая варианты.