От любви

Точно подданные отовсюду простирались более низкие белые вершины горного хребта, широкий простор ущелий, холмов и городков. Создавалось впечатление, что мы находимся прямо на небе! Снег здесь переливался с голубоватым оттенком, возможно из-за синевы почти безоблачного неба, из-за чего внутри томилось впечатление какой-то нереальности, другого мира."

"Я никогда ничего подобного не видела… Была просто уверенна в этом!

Такая красота, что слезы наворачивались на глаза. Насколько велика может быть природа, насколько прекрасна.

— Боже, как же красиво… — прошептала я в какой-то момент созерцания, но муж услышал.

— Ты замерзла, — констатировал он. — Скоро будем спускаться.

Похоже, различил, как постукивают мои зубы, но мне так не хотелось уходить!

— Совсем немножко, — уверила я, оглянувшись на Адама, — нужно просто походить.

Я нашла глазами смотровой мостик, который заметила сразу, как мы приехали. Там стояло несколько людей с фотоаппаратами.

— Куда ты? — спросил муж, как только понял мое направление.

— Хочу посмотреть вниз, — оживленно ответила я на ходу, указав на мостик. — Ты был там? Наверняка сердце останавливается от высоты…

— Нет, там я не был. И ты туда не пойдешь, — неожиданно отрезал Адам непреклонным тоном.

Я затормозила, недоуменно уставившись на него.

— Почему?

— Потому что там высоко и небезопасно.

Я вернула озадаченный взгляд на мостик, совершенно не понимая реакции мужа. Мы забрались так высоко, получилась такая замечательная поездка, неужели он не может не подпортить впечатление?

— Но там же ограда! — постаралась терпеливо аргументировать я. — И смотри, сколько людей стоят…

— Мне плевать на этих людей! Я сказал нет, Мариям.

Взгляд мужа был суровым и упрямым. Прямо обида захлестнула в груди.

— Не понимаю, — пробормотала я, качая головой и выпуская облако пара дыхания.

Я запнулась, внезапно поймав в голове очевидное объяснение.

Вспомнила, как Адам везде бурчал, чтобы я не подходила к краю, и сам держался подальше. За видами я не придала этому значения, но сейчас поняла, что в и кабине он был вовсе не равнодушен, а неимоверно напряжен!

— Ты боишься высоты? — вырвалось невольно.

Муж так резко нахмурился, словно я сказала глупость.