Остров Бешеного

С этими людьми у него не было ничего общего, что и подчеркивалось недоуменно-скучающими взглядами, которыми они одаривали его персону.

Одной из последних прибыла небольшого роста мулатка — единственная среди белых гостей — в сопровождении бритого наголо мужчины средних лет. В его лице угадывалось нечто восточное."

"«Ну вот, знаменитая американская политкорректность в действии — нужно разбавить компанию представителями других рас!» — ехидно подумал Савелий и на этот раз сильно ошибся. — Как только эта пара вошла в дом, разговоры в гостиной разом стихли, и все посмотрели на вошедших.

Савелий понял, что кто-то из них действительно важная птица. И похоже, что важной персоной была, как ни странно, мулатка, а не ее бритоголовый спутник. Хозяйка выборочно представляла ей некоторых гостей, в том числе и господина Позина. который с кокетливой улыбкой стал ей что-то говорить. Она вдруг громко расхохоталась и хлопнула его по плечу. Кое-кто из гостей, отвлекаясь от аперитивов и бесед, дружески помахал мулатке в знак приветствия.

— Знаешь, кто это? — спросил Савелия подошедший Матвей.

— Наверное, тележурналистка какая-нибудь, — предположил Савелий.

— А вот и ошибся. Кондолиза Гатти — крупный политолог, один из лучших специалистов по России, а если честно, та еще сучка. Занимала высокий пост в администрации президента Буша-старшего, а теперь главный советник по внешнеполитическим вопросам кандидата в президенты Буша-младшего, и, если он победит, поговаривают, ее прочат в советники по национальной безопасности.

Училась она в университете Денвера, где ее научным руководителем был беглый чешский дипломат еврейского происхождения — Джозеф Корбел, родной батюшка нашей с тобой любимой Мадлен Олбрайт, нынешнего госсекретаря США.

— Интересная картинка вырисовывается! — усмехнулся Савелий.

— А ты как думал? — хмыкнул Матвей. — Можешь себе представить, как при таких наставниках она относится к нашей России… — Будучи с рождения американским гражданином, Матвей, тем не менее, всегда считал себя русским, временно проживающим вне родины: уроки прадеда-есаула были усвоены отлично… — А происхождение ее вообще горючая смесь — мать из обеспеченной афро-американской семьи, дед, по-моему, методистский священник, а вот папа Кондолизы — венгерский еврей, семья которого бежала от фашистов в Америку.

«То-то наш господин Позин перед ней так заюлил», — неприязненно подумал Савелий.