Остров Бешеного

Надо отдать ему должное, Аркадий Романович был весьма велеречив и обладал незаурядным даром убеждения, а там, где убеждения не действовали, он пускал в ход самый весомый аргумент — деньги, заметьте, большие деньги.

— То есть использовал самый низкий человеческий порок — жадность?

— Вот именно! Позже, почувствовав, что его схема не всегда играет, он придумал другую…

— Вот как? И какую же? — с интересом спросил Савелий: ему очень нравилось слушать рассуждения своего нового знакомого.

— Вместо того чтобы приобретать .

— Пока предприятие не обанкротится, — закончил за него Савелий. — Вот мразь! — не сдержавшись, бросил он. — Только бы побольше нахапать в свой карман…

— А вот здесь вы ошибаетесь, дорогой мой Сергей. Собственное богатство как таковое, поверьте мне, занимало Аркадия меньше всего.

— А что его тогда интересовало?

— Исключительно власть. Власть над людьми. Возможность отдавать распоряжения, которым подчинялись другие. Но власть нельзя купить. В этом и была его трагическая ошибка. Велихов был безмерно честолюбив, и когда первые его шаги на почве нашего отечественного бизнеса оказались успешными, он окончательно потерял голову. Ему хотелось во всем участвовать и всем руководить — от нефтяной до автомобильной промышленности, от.

— А правда, что он безжалостно уничтожал тех, кто вставал у него на пути?

— Боюсь, что правда… — после недолгой паузы ответил Позин. — Да для него и деловые партнеры были не более чем пешки, которыми ради хитроумного хода можно было пожертвовать.

Тут Позин прервал свой затянувшийся монолог, посмотрел прямо в глаза Савелию и спросил:

— Вы думаете, он умер естественной смертью?

— А почему вы сомневаетесь? У него же было кровоизлияние в мозг — так считают врачи.

— С врачами положено не спорить. Но все-таки… Мне из Москвы звонил Щенников и просил максимально помочь следствию. Я сделал все, что мог, и рассказал про тот телефон, что вы мне передали для Велихова. А вас, Сергей, допрашивали?

— Если точнее, то опрашивали, — поправил Савелий и пояснил: — Допрашивают подозреваемых, а свидетелей опрашивают. Меня, конечно, опрашивали, и я рассказал все как есть.