Особа королевских ролей

Часто она спрашивала: «Как Эля живет, ей купили машину?» Вероника радовалась, когда слышала: «Нет», и очень расстроилась в тот день, когда я сказала: «Да». Но я все равно успокоилась, решила, что она со мной не церемонится, а перед посторонними белую розу изображает. Ну и пусть. Это же лучше, чем драться, браниться, с ножом на людей кидаться. Да, она лицемерка, но мы все такие. Мало кто может подлецу в глаза заявить:

– Ты мерзавец.

Мы просто молча вежливо разорвем с ним отношения.

Екатерина горько вздохнула.

– Ох, зря я радовалась.

– Видите? Певица Кизякова. Она в опере выступает. Это сестричка моя любимая.

И ей верили.

Когда я узнала, какую сумму предстоит отдать, чуть в обморок не упала. А народ злой, обещал меня в суд потащить. Я позвонила сыну, тот адвоката мне нанял, он объяснил:

– Бабушка долги внучки платить не обязана.

Ника тогда уже в своей квартире жила. Через неделю мошенница примчалась ко мне с выговором:

– Ты телефон поменяла? Почему номер мне не сообщила?

Тут у меня терпение лопнуло.

– Вероника! Ты можешь сколько угодно корчить из себя особу королевских кровей. Но никогда ею не станешь! Ты особа королевских ролей! Изображаешь из себя невесть кого, чашку держишь, оттопырив мизинец.

Она выскочила за дверь и обернулась:

– Я особа королевских ролей? Верно. Моя очередная роль будет такой удачной, что ты от злости сдохнешь.

Кизякова поморщилась.

– На том и расстались.

– Вы не пытались найти ее кровных родителей? – поинтересовался я.

В глазах Екатерины Семеновны промелькнула тень.

– Я же говорила: она подкидыш.

Я изобразил виноватый вид.

– Простите, забыл.

Дверь открылась, в аудиторию влетел юноша с портфелем.

– Здрасте, Екатерина Семеновна! – закричал он. – Я тут свой телефон не оставил?

– Добрый день, Филипп, – сухо ответила педагог, – ты поздоровался со мной.

– Конечно, – сказал юноша, – мы сегодня еще не виделись.

– Значит, с Иваном Павловичем вы уже встречались, – резюмировала дама.