Она - новенькая

Так мало и так много!

МАКСЯ так скучал! Щемящее чувство тоски от того, что наше время очень быстро выходит не дает расслабиться и насладиться близостью.

Я молчу. Не могу сказать ни слова. Что я, ей скажу? А когда пытается она, торможу каждую попытку поцелуем.

Меня переполняет эмоциями как глупого щенка! Надо сваливать. Вот-вот врубят свет. Веду носом от виска, по ушку и спускаюсь на шею, пропитываясь поглубже ее запахом. И, прикоснувшись кончиком носа к ее носу, замираю, давая себе еще минуту. Нежные подушечки ее пальцев, подрагивая, скользят по моему лицу.

Ну все, Макс, давай… Так мало!

Но мало будет всегда, даже если я останусь ночевать в этой кровати. Мне будет мало и в процессе, и с утра, и вообще!

Напоследок впиваюсь еще раз в приоткрытые мягкие губы, целую в бровь, в нос, в ушко. С жадным шипением кусаю в изгиб у основания шеи, ловя телом ее реакцию. В эмоциях впечатываюсь губами в ладонь и целую пальчик со своим колечком.

Отпускай! Все!

Одергивая руки, делаю шаг назад. Ловит меня за рубашку.

— Стой…

В это же мгновение, как по волшебству включается свет.

Мышка! Я не могу…

Мне хочется проораться от того, что нельзя мешать людям, когда они чувствуют так и такое! Ни у кого нет на это права! Но… некоторые считают, что у них есть.

Яна снимает с большого пальца лаконичное кольцо — широкий обод с тремя утопленными через равные расстояния черными матовыми камнями. Надевает мне на мизинец.

— Не подставляйся.

Еще раз коротко целую в губы. Вот такие вот у нас сегодня признания в любви. Это они!

Обняв себя за плечи, замирает.

Над дверью комнаты уже работают камеры и мне нельзя просто выйти. Поэтому я ухожу оставленной для себя тропинкой как Карлсон. Сначала на подоконник, потом на пожарную лестницу и наверх, в свое открытое окно.

«Он ушел, но обещал вернуться!» Обязательно придумаю, как сделать это.

Падаю, не раздеваясь, на кровать. И, закрыв глаза, заново перевариваю каждое мгновение и прикосновение между нами. Запах, вкус, ощущения… В груди то порхает, то сводит, то все переворачивается и ноет.

Влюбился, Добби?

— Мм… — кусаю губы от этой бури эмоций.

Кручу на пальце колечко. Самую малость большевато, не потерять бы. Мне почти хорошо! Наш роман продолжается. Пусть ущербно, но все-таки… В нем столько всего, что ни один мой «полноценный» и рядом не стоял.