Она - новенькая

Попадешь с дуру в мою «большую и чистую», я в болевом шоке все тачки на дороге соберу!

— Пошляк…

— Но ты меня прощаешь, м?

Аккуратно сжимаю ее бедро. Тут же выхватываю по обнаглевшим лапам.

— Смотри на дорогу, некрасивый мальчик!

— Начинается! — фыркаю я.

Но как не пытается быть строгой, губы все равно чуть заметно улыбаются.

— Я все вижу Албанцева, покажи зубки.

Агрессивно щелкает на меня зубами. Смеясь, сворачиваю на нашу улицу.

— Приехали.

Но из машины выходить не тороплюсь. Мне адски хочется увидеть ее глаза.

— Ты зеленоглазая?

— Да. А ты?

— Сероглазый.

Наши телефоны периодически звонят, мы поставили их на беззвучку.

Я заглядываю в телефон Яны.

— Мышка, написано «папа».

— Ладно, дай мне.

Вкладываю в руки. Пальчики слепо скользят по экрану.

— Слушаю.

Вижу, как ее губы сжимаются в линию. Слов не разобрать, но тирада звучит внушительная.

— Пап. Извини, что ответила не сразу. Я в школе. Я гуляю с друзьями, окей? Не надо вот это все.

Опять выслушивает в трубке.

— Значит, у тебя глючит твоя программа. Вот, я ответила, я в порядке. Я в безопасности. Мне не тринадцать лет. Немного свободного пространства, окей? Перед сном позвоню.

Скидывает вызов.

— Потерял?

— Аха.

Экран на ее телефоне снова мерцает.

— Он опять звонит.

Скидывает вызов, убирает телефон в карман.

— Посидишь пять минут?

— Макс, — кусает губы. — Мне нужно в туалет, в общем.

— Мм… Ну, окей.

— Черт. Неудобно как!

— Пф! — вытягиваю ее из машины."

"Прихватываю из машины коробку со слайм-конструктором. Родоки отказываются на отрез покупать Маруське эти разноцветные «сопли», боясь, что она испортит новую итальянскую мебель в своей детской. А она так выпрашивала… Почистят свою мебель, короче!

Открываю дверь магнитным ключом. С другой стороны дома шумно, много света от прожекторов, слышны громкие задорные голоса аниматоров.

Открываю дверь в сауну.

— Сюда. Не шуми, — шепчу ей на ушко.

Нас вряд ли кто-то услышит. Но мне просто кайфово, как она сжимается, когда я касаюсь ее чувствительного тонкого ушка губами. Это так остро… Почти как настоящие ласки. И по себе знаю, что ощущения ничуть не уступают более откровенным прикосновениям.

— Пахнет… Деревом.

— Это сауна.

Включаю ей свет в ванной комнате.

— Разберешься? Слева раковина, прямо — трон!

— Шагалов, ты идиот! — хихикает она. — Кыш!

Выталкивает меня за дверь и закрывает ее.