Одри, герцогиня Йорк

— Магия крови, — прищурил свои страшные бездушные глаза Нлодэр, — надолго её не хватит! — и снова размазался по пещере, атакуя наш главный отряд воинов.

Глава 67

Двадцать семь отменных бойцов, за исключением меня и Лоереи, сражались с ватагой тварей разных мастей, не давая тем и шанса прорваться сквозь первый круг. Их броня сияла магическим светом, защищая бойцов от любых когтей и клыков.

Магия и сталь — смертоносный тандем. А если ещё добавить артефакты, когда камень пещеры расходится в стороны и поглощает в себя сразу несколько десятков монстров, так и вовсе, небольшое количество воинов сможет противостоять целой армии нежити.

— АРР-Р!!! Звал, хозяин? — прорычал кто-то, шагнув к нам из антрацитовой дымки портала. Это оказался некто человекоподобный, ростом куда выше трёх метров. Его кожа напоминала пластины, неплотно подогнанные друг к другу, с широкими трещинами, в которых виднелись алые всполохи энергии; голову украшали внушительные рога, лицо представляло грубую, будто высеченную топором маску, глаза — два горящих бешеной яростью провала, у демона не было губ, только зубы: острые, обнажённые в вечном оскале.

Почему он назвал Нлодэра хозяином? Каким образом старикан смог подчинить себе это существо? Ответ находился на поверхности: колдун не просто баловался магией крови, а пил её (кровь), проводил опыты и использовал тайные заклинания, активируя их через осколок магического ядра.

— Убей их всех! — крикнул старикашка, продолжая отбиваться от Лиама, герцога и его воинов. Нлодэр тоже устал, потому что так же, как и мы, не мог подпитаться — сам ведь и выключил осколок, генерировавший ману. Но в отличие от него, наши воины имели запасы в виде накопителей, которыми я обвешала их, как новогоднюю ёлку игрушками.

Две группы, в центре которых стояли мы с Ульрихом, слились в единую, первое кольцо распалось и бросилось на демона.

— Ну, что, Одри, повоюем? — подмигнул Ликон и, широко расставив ноги, прикрыл тяжёлые веки, из его раскрытых рук потекла сила… Хлоп — и безобразная физиономия ближайшей твари лопнула, как переспелый арбуз. За ним следующий, и ещё, и снова!"

"Силы таяли, это было видно, многих шатало — они были на грани.