Одри, герцогиня Йорк

Дослушать этих людей лже-Аманда не смогла, к ней подошла Нита:

— Сегодня мисс Патрис, увы, больше не принимает, берёт только срочные, тяжелые случаи. Я выдам вам настойку, снимающую боль, и запишу вас к ней на приём завтра с утра…

— Ах! — вдруг вскрикнула Аманида, лицо её исказилось в судороге, люди вокруг смолкли, испуганно уставившись на страдающую незнакомку, — н-не могу и шагу ступить… — прохрипела королева, сползая со стула, — б-боль… но… — глаза её закатились, и из уголка рта потекла кровь.

Нужно отдать должное медсестре: она не поддалась панике, видать, уже привыкла к подобному, подскочила к упавшей в обморок женщине и успела её перехватить.

Через несколько минут бесчувственную посетительницу уложили на каталку и повезли по светлым коридорам в пустующую палату.

— Ей вдруг стало плохо, — пояснила Нита, когда в помещение вошла Патрис, — кровь изо рта брызнула, и она потеряла сознание.

— Так, дайте-ка взгляну, — кивнула главная помощница раббата.

— Вам ещё нужна моя помощь? — уточнила Нита.

— Нет, можешь идти, я здесь сама справлюсь.

Дверь за медсестрой закрылась, и Патрис осталась одна с лежащей на кушетке хворой.

— Итак, поглядим? — пробормотала девушка и деловито приступила к осмотру Аманиды: растерев свои ладони друг о друга, приложила их к груди больной. — Ч-что это? — через секунду ахнула целительница, и, широко распахнув глаза, встретилась с глазами пациентки. — У вас нет никаких проблем, леди.

— Да, безусловно, я здорова, — хмыкнула Её Величество, медленно принимая сидячее положение.

— Н-но зачем тогда пришли? — растерялась девушка, с трудом делая шаг назад — воздух вокруг неё будто сгустился, сковывая члены. С каждым мгновением Патрис ощущала всё нарастающую тревогу. Чёрные, злобные глаза притворщицы гипнотизировали лекарку, погружая её в бездну, где царит отчаяние и отсутствует всякая надежда.

— Чтобы, милая моя, забрать у тебя то, что принадлежит моему господину, — королева вскинула руку с зажатым в её ладони артефактом, камень в его центре горел ярко-алым светом. Замок в двери тут же с тихим щелчком закрылся, отрезая злоумышленницу и её добычу от всего остального мира.

Сердце Патрис билось так сильно, что, казалось, вот-вот выскочит из груди."

"— Н-не надо, прош-шу вас… пощ-щади-те… — молодая целительница с трудом вытолкнула заветные слова.