Одержимость Малиновского

— Действительно, для этого не место и не время, — , наклонившись к моему уху, чуть слышно продолжил: — Вечером покажу, как нужно. — Отстранился и отодвинул мне стул, изображая галетного кавалера. — Я уже сделал заказ на нас двоих, — усаживаясь, напротив, поставил в известность.

— А если мне не понравится твой выбор? — Он окинул меня снисходительным взглядом, и на его губах заиграла улыбка.

— Мне известно, что ты любишь в этом кафе, и не только.

— О как! — притворно воскликнула я, он вновь усмехнулся, скользя по мне заинтересованным взглядом.

— Как-то так, котёнок… Кстати, после обеда ты переезжаешь ко мне, можешь даже вещи не забирать из своей квартиры, я приобрёл для тебя всё необходимое на первое время. — Я только захотела по привычке возмутиться, он добавил безапелляционным тоном: — Возражения не принимаются.

Вот так всегда, сколько себя помню: я сказал, и точка.

— Ваня, а не слишком ты резво начал? Я уже не та маленькая девочка, которая всегда тебе подчинялась.

— Ну… не всегда ты и подчинялась.

— Ка…какого? — непроизвольно начала я заикаться. Вот никогда раньше он со мной так не разговаривал. На что он намекал, разумеется, поняла, просто слышать подобное от Вани — дико. Но в этом есть и моя вина, растерялась позавчера и позволила ему лишнего. Так что заслужила подобные издёвки, впредь умнее буду.

— По глазам вижу, что всё ты поняла. Но могу сказать прямым текстом, я… — красноречивый взгляд.

Да что б тебя черти слопали!

— Не продолжай.

— Правильно, о таких вещах не говорят, ими занимаются. Вечером этим и займёмся, нужно завершить начатое позавчера. — Да достал ты уже со своим вечером! Не знаю, Ванечка, чем ты будешь этим вечером заниматься и с кем, но явно не со мной. У меня иные планы, и тебя в них нет. — А теперь говори уж, о чём хотела поговорить?

— Вань, мне не нужна твоя помощь, — попыталась вновь вразумить его. Он слегка подался корпусом ко мне, и чуть слышно:

— А кто тебе сказал, что я по этой причине собрался на тебе жениться?

— Как интересно… Хотя — нет, вот совсем неинтересно.

— Ну, фамилию я ей свою не давал, а насчёт пообщаться с тобой и идиотского интервью — это она зря сделала.