Одинокий фонарь

Появилась твердая уверенность в себе и своих силах, словно броня, окружавшая меня вокруг. И это было чертовски приятное ощущение!..

Аришка, к слову, так и не решилась отведать отрезвляющего зелья, с интересом косясь то на меня, то на Макса. А вот я, попивая маленькими глотками горячий крепкий чай, очень быстро приходила в себя, и когда принесли горячее, на поверку оказавшееся кусочками аппетитно пахнущего тушеного мяса с овощами и рисом, приступила к нему с голодным энтузиазмом.

Поначалу разговор не клеился, но постепенно и Арина и Максим нашли общие темы для разговора, и подружка все-таки согласилась принять лекарство, с изумлением обнаружив, как быстро трезвеет.

Она попыталась попросить своего нового кавалера забрать ее из ресторана, но что-то не сложилось, и Арина выглядела очень расстроенной. И когда мы уже ехали домой, подкинув сначала ее, я была уже абсолютно трезвой и дремала на переднем сидении машины. Вздрогнула, лишь когда ощутила прохладную руку на своей щеке, – Макс на несколько секунд отвлекся от дороги, с тревогой поглядывая на меня.

– Как себя чувствуешь? – спросил, поворачивая за угол.

Мы почти приехали.

– Нормально, только устала очень. Зато знаешь, я такое платье купила!.. Правда, мне пришлось воспользоваться твоей карточкой…

– Я видел сообщение о списании… – кивнул рассеянно.

Зачем-то потрогал мои руки, плечи.

– Что ты делаешь? – возмутилась.

– Трогаю свою женщину, – плутовато улыбнулся, вскользь ухватив за грудь.

– Макс!.. – тихо вскрикнула, болезненно поморщившись.

Вроде и несильно прихватил, а ощущения как от синяка!.

.

– Ты горячая.

– Что?! – покраснела.

– Катюш, я о температуре тела говорю, а не об этом. С этим у нас все в порядке, а вот с температурой… Останься завтра дома.

– Шутишь? – покосилась на него с опаской. – Я только на работу устроилась!..

Он вздохнул, щелчками возводя стопорный рычаг машины возле нашего подъезда.

– Тебе действительно важно иметь работу? – повернулся ко мне, громко роняя руки на руль.

Я задумалась. Не работать и сидеть дома, исключительно исполняя роль горничной, прачки и личного повара, мне совсем не хотелось.

Работа делала меня самодостаточной и позволяла гордиться собой и своими достижениями. Так что…

– Важно, – ответила, подумав.

– А что важнее: работа или здоровье?

– Вечные философские темы? – закатила глаза. – Я все равно буду работать, Максим. Я не хочу от тебя зависеть.

– А что, собственно, в этом плохого? – пожал плечами. – Еще никто не говорил, что я с этим не справляюсь.