Одинокий фонарь

Правда, купюра, которую Максим подсунул тетке в заполненную квитанцию, значительно ускорила очередь и смягчила регистраторшу. Деньги в этом мире делают не все, но значительно упрощают жизнь, – факт.

Когда мы уже сидели в городском ресторане после всех злоключений и ожидали заказ, Максим вдруг предложил пересесть за столик с диванчиком. И уже отбросив ложные приличия, прижал к себе, судорожно выдыхая в макушку. Все это время он был непроницаемо спокоен, и, кажется, только сейчас его накрыло…

– Надо было остаться на базе.

– Хорошо, что я тебя послушала, – голос неожиданно дрогнул. – Я бы не справилась. Мы бы точно перевернулись и вряд ли бы отделались только синяками от ремней безопасности.

В его объятиях сейчас – словно за стеной. Банально, да, но это понятие остро чувствовалось, как никогда. Просто именно сейчас я поняла, что могла больше никогда не увидеть Максима, маму, вредную младшую сестру и Аришку. И даже Дамьена с Шером.

И сейчас каждый наш вздох, каждое прикосновение Макса, каждое его слово – не дар ли? Дар новой жизни, в которую мы смогли чудом шагнуть вместе, переступив опасный порог.

– Когда ты документы подашь на развод? – тихо спросил, задумчиво оглядывая мое лицо.

Значит, все-таки слышал регистраторшу…

– Займусь на неделе.

– Это ты слушаешь. И это неприятно нам обоим, разве нет?

– Да… – эхом откликнулась. И задала вопрос, который боялась озвучивать. – Макс, а что случилось на дороге?

Очень хотелось отругать его за невнимательность, – мы ведь оба могли погибнуть! Но сначала… Макс задумчиво отодвинул салфетку, ожидая, пока официант, принесший заказ, удалится. Даже страшно немного стало от этого взгляда в себя. Он словно вновь переживал сейчас эту жуткую аварию!.

– Кать, а где тебе техосмотр делали? – внимательно взглянул в глаза, прищурившись.

Чувствуя себя подозреваемым на допросе, я ответила. Машина подержанная, я покупала ее на свои деньги, которые прятала от Юрика. Скандал был, конечно, но зато я гордилась своей любимицей! И техосмотр мне делали в местном автосервисе…

– Почему ты спрашиваешь? – напряглась.

Он покачал головой, рассеянно вертя в руках вилку.