Одинокий фонарь

 – шутливо прорычал, несколько раз качнув на коленях. – Кать, ну куда мы в ночь поедем? – Посерьезнел. – Поздно. Да и раз уж организовала всю эту авантюру, дай хоть насладиться. У меня с юношества не было свиданий при луне в лесу с прекрасной девушкой, и уж тем более меня никогда никто не похищал! Может, в этом и правда что-то есть?

Сзади раздался плеск воды, затем снова – сильнее…

Мы вскочили, не сговариваясь, и через несколько восторженно-встревоженных «уйдет!!!», «какая большая!..», «подсекай, подсекай!» с радостью вытащили на берег небольшого, трепыхающегося на траве карпа…

Удивительное дело, но даже маленький свежепойманный карп, которого мы приготовили на мангале, был просто объедением! Конечно, он быстро кончился, и захотелось еще.

Впервые за две недели мы засыпали не только вместе, но и тесно обнявшись. Я утопала в его запахах, напитывалась теплом и никак не могла успокоиться, чувствуя себя сейчас оставшейся за много километров отсюда Тесси: хотелось и прильнуть, и поцеловать, и поласкаться… Но Макс уже настолько слабо сопротивлялся моим восторгам, что я не стала испытывать больше судьбу и оставила его в покое. В конце концов, впереди еще целая неделя, а я обещала ему отдых.

Следующий день мы просто проспали до обеда. И я бы спала и дальше, если бы кое-кто не начал гладить, целовать и всячески намекать на то, что сон сейчас не самое интересное! Почему-то вспомнилось вчерашнее утро, и я из чистого принципа, подражая Максу, накрылась со стоном подушкой.

– Бунт?! – возмутился, явно улыбаясь и нисколько не меняя курса домогательств.

И когда я ощутила среди поцелуев на спинке, как с меня совершенно беспардонно стягивают трусики…

– Макс, я не хочу! – вывернулась, максимально достоверно отпихивая его.

– Кто такой не хочу? – притворно изумился, подныривая рукой в горячее потайное местечко, и потянулся губами к груди.

– Я на тебя вчера обиделась и еще не простила!.. – брыкнулась и тут же была слегка придавлена сбоку к кровати.

И хотелось бы брыкнуться снова, но невольно закусила губу, прислушиваясь к быстро разливающимся по телу приятным ощущениям от манипуляций в трусиках.