Одинокий фонарь

– Конечно, – удивился, изогнув бровь.

– Мне через десять минут надо быть в одном месте… Я квартиру буду снимать.

– Зачем?

– Затем, что мне надо где-то жить, пока наши отношения не перейдут на уровень доверия, – вздохнула. – Макс, не обижайся. Мне действительно плохо без тебя, и если бы у меня не осталось никаких чувств к тебе, то я бы и разговаривать не стала. Нам обоим нужно время. А пока… так будет лучше.

Я ожидала помощи, безоговорочного согласия, уговоров… Но Максим вздохнул, стиснув зубы и…

– Нет.

Отмерев, я молча засобиралась, скидывая свои вещи в сумочку.

– Кать, – поймал мою руку, – если тебе так нужна своя территория, то могу предложить тебе проверенный вариант, и не спеши его отвергать.

Я вопросительно изогнула бровь.

– Сколько просят за ту квартиру?

– Двадцать пять с коммунальными, – пожала плечами, втайне гордясь своей выгодной находкой.

– Как насчет комнаты в центре города за восемь? В двухкомнатной квартире, с относительно новой мебелью, хозяина почти не бывает дома. Можно с животными… и даже с детьми, – хитро сощурился.

 – Коммунальные платежи включены в стоимость, парковка рядом с домом, удобное расположение транспортных коммуникаций. Парк через две остановки и поликлиника.

Разумеется, таких цен в нашем городе не было, и я улыбалась, прекрасно понимая, о чем он говорит.

– Бытовая техника имеется, если чего-то не хватает – обговорим.

Макс взял меня за руку, склоняясь чуть ближе.

– Ты меня очень любишь? – спросила, глядя в прищур зеленых глаз.

– Да.

– Отвези меня на Сухановскую.

Свиярский бессильно зарычал."

"Мы еще очень долго спорили и препирались, но, в конце концов, пришли к соглашению: если квартира окажется непригодной для жизни по объективным причинам, то я переезжаю к Максу. По сути, это было очень шаткое соглашение, ведь я могла из упрямства остаться хоть в шалаше!.. Но мне нравилось, что он готов идти на компромисс, а не просто сказать свое упрямое «нет».

И вот оно, чудо за деревянной дверью на седьмом этаже в обветшалом, тошнотворно пахнущем подъезде.

Лифт с обгоревшей кнопкой, прокуренная лестница. За деревянной дверью нас ждал хозяин квартиры и еще три двери в другие жилища. И чем дальше мы шли, тем ближе я жалась к Максиму, заметив это, лишь когда он наконец взял меня за руку. Сама квартира была… вполне пригодной для проживания. Относительно чисто, хоть и пыльно, только мебели почти нет, а та, что была, – видала еще советские годы, не самые лучшие притом. И ни штор, ни покрывал, ни какого-либо намека на уют.