Одинокий фонарь

Без вечного вранья, потуг быть лучше, чем я есть. Ты же классная была, я с тобой был счастлив тогда, в самом начале.

А я только сейчас осознала, что невольно ловлю каждое его слово и замираю, когда он рассматривает так, словно откровенно любуется мной. Любуется и злится. Вот только меня давно мучил вопрос, – чем же я была хуже других?

– Была? И что же случилось?

– Не знаю… – задумался. – Как-то все однообразно стало. Скучно… Куда-то пропала твоя яркая искра. Знаешь, ты не обижайся, но раз уж спросила… Я ведь женился на красивой задорной девчонке, а жил… с уставшей от жизни… женщиной.

Падают, падают осенние листья, вычерчивая на асфальте невидимые знаки. Осень – всегда время тоски и перемен. Я спрятала согретую чужим теплом ладонь, сложив руки на груди. Вот только Юрка странно посмотрел на меня. Удивленно.

– Обиделась? Я же не хотел, зай… Прости. Зря сказал.

Я пропустила момент, когда Юркина рука оказалась у меня за спиной. Хотела встать, оттолкнуть – так было надо, так правильно!..

– Ты такая красивая стала, Катюш… – прошептал хрипло, склонившись.

Между нашими лицами оставались считаные сантиметры. Я видела каждую родную черточку, вспоминала вкус его губ и каким нежным и страстным он может быть…

– Любимая… – огладил свободной рукой мое лицо. – Желанная моя…

Он замер в последний момент, поймав мой равнодушный взгляд.

– А знаешь, Юр… Если бы мне выпал шанс начать с тобой все с начала, я бы не изменила ни минуты.

Спокойно встав без какого-либо сопротивления, я закинула спортивную сумку на плечо. Прошлого изменить нельзя, да и в самом деле – надо ли? Здесь и сейчас я совершила, наверное, самый важный шаг за последнее время: приняла этого человека таким, какой он есть. Он никогда не станет лучше или хуже. Юрка навсегда останется моим мужем, но теперь уже бывшим.

Ведь я смогла измениться и приобрести полезный жизненный опыт. Но смог ли он?..

Я шагала к подъезду, щурясь осеннему солнцу и людям. А перед глазами все еще было красивое мужское лицо, с неожиданными морщинками, которых я раньше не замечала. Тени вокруг выразительных глаз сильно старили Юрку. А на висках… Время не щадит никого. И ничто больше меня с этим человеком не связывает, – зарубцевался, загрубел последний шрам в душе.