Училка и мажор

Так неправ…конечно, нельзя было…

Услышав то, что нужно, Белов-старший удовлетворенно кивает, смотрит на сына впервые за весь разговор.

—Вот и славно. Я тогда поехал, помощь будет как обычно в этом месяце. Дамы, прекрасного вам дня, не берите дурного в голову, тяжелого в руки.

Я все так же стою изваянием, пока Белов-старший выходит из кабинета, а затем манит за собой пальцем сына. Рустам, играя желваками, идет следом, оставляя после себя напряженную атмосферу, густую.

13. Ненавижу тебя

ГЛАВА 13

БЕЛОВ

Выхожу из уборной, четко осознавая, что на самом деле остаюсь там, весь там, словно растворился в Васе навсегда, словно не существует другой реальности, только Влащенко, ее тело: ее губы, ее глаза, в которые хочется смотреть без остановки.

—Тебя проректор ищет, ну и дел наворотил.

Молчу, только смотрю волком. Да мне до сраки, увижу этот кусок дерьма снова — размажу по стенке, а потом скажу, что так и было. Руки свербят, так хотят расквасить кому-то рожу, но я упорно иду за девчонкой. Она рисуется, красуется, все пытается показать себя со всех сторон, но я на суррогат не падок, мне уже хоть голую покажи — не встанет, если только передо мной не моя девочка. А там ух, мне даже не надо голую, просто поставьте рядом, и меня унесет. Разорвет на части.

—А ты серьезно с ней? — останавливается и игриво подмигивает."

"Игнорирую и иду дальше, интуитивно догадываясь, что наверняка в деканат.

—Стой, подожди, — слышится за спиной. — Не туда!

—Барби, ты либо молча показывай, куда идти, или я сам разберусь, — грублю, продолжая путь. И тут перед глазами появляется чудо, но не в перьях, смотрит на меня уничижительно, и я сразу понимаю, что к чему. Мужичок в довольно странно костюме, который облепил его словно…ну вы поняли.

—Белов.

Не задает вопрос, а утверждает, ага. Знаком я с такими. Уже придумал свою схемку, в которой он получает неплохие дивиденды от этой ситуации, ну и ладушки-оладушки. Дверь возле деканата приоткрывается, я ныряю внутрь.

—Он самый.

В маленьком кабинете нечем дышать, зато наставлено дорогущей мебели, словно тут президент сидит, и то я очень сомневаюсь, что у последнего такой размах.