Одиночка

— Пойдем, — кивнул парень, направляясь к своему двору.

Сразу достав из фургона подходящий замок для ружья, он разложил тут же на лавке инструменты и взялся за дело. Работа была несложной, но требовала некоторой подготовки. Обработав все сопрягаемые поверхности тонким напильником и, доведя очистку влажным песком, Елисей прикрутил новый замок и, пару раз щелкнув курком, вздохнул:

— Проверить надо. Пошли на стрельбище.

— Добро, — кивнул пластун и, подхватив ружье, решительно зашагал к воротам. — Как тебе у Натальи? — спросил он, оглядываясь на парня.

— Да нормально вроде, — пожал Елисей плечами. — Баба она вроде не злая, а с остальным разберемся.

— Ты помоги ей, чем сможешь, — вздохнул казак. — Дружок мой ейным мужем был. Да сгинул. Вот теперь и мается одна. Мы как можем, помогаем, конечно, да только и сами не всегда дома.

— Оно и понятно. Служба, — кивнул Елисей, которому все эти разговоры о помощи начали уже действовать на нервы.

Они вышли из крепости и спустились в балку. Ермил, ловко зарядив ружье, взвел курок и, привычно приложив его к плечу, выстрелил.

— Сколько я тебе должен?

— А сколько не жалко, — усмехнулся парень. — Мне тут имя сначала наработать надо. Чтоб знали казаки, к кому с оружием на ремонт идти. А уж потом цены устанавливать.

— Хитер, — усмехнулся пластун. — Добро. Так и порешим. Не боись, не обижу. Работа добре сделана.

— А я по-другому и не делаю. Знаю, чего осечка в бою стоит, — ответил Елисей, глядя казаку в глаза.

"— Да есть тут артель малая, — вздохнул Ермил. — Но они кузнецы все больше, хотя ремонт всякий делают. И станки имеют.

— Станки, говоришь? — оживился парень. — А свести меня с ними можешь?

— Чего ж не свести, — пожал казак плечами. — Можно. Сейчас и сходим. Только оружие домой занесу. Отдохнуть от него малость надо, — пояснил он, тряхнув ружьем.

Елисей только согласно кивнул. Торопиться ему было пока некуда. Казаки прошли в крепость и направились к дому пластуна.

— А зачем тут кузнецов столько? — удивился Елисей.

— Так крепость эта завсегда форпостом была. Тракт, что с гор идет, перекрывала. А в те времена огненного боя почитай и не было. Белым оружьем бились.