Одиночка

— А чего так мало? — спросил комендант, внимательно изучая схему.

— А не надо более, — пожал парень плечами. — Пока летит, порох в запале и прогорит. А там и взрыв сразу. Заодно не будет времени обратно его откинуть. А то ловкачи всякие есть.

— Думаешь, будет работать? — поинтересовался комендант, возвращая ему схему.

— Будет. Тут самое главное запал. Во всем этом деле он самым дорогим выходит. Аж два капсюля ставить придется. Первый, чтобы порох поджечь, а второй, чтобы взрывчатка сработала.

— А чем ты в овраге взрывал? — угрюмо уточнил прапорщик.

— А шнур огнепроводной сделал и капсюль использовал, — спокойно ответил Елисей.

— Какой-какой шнур? — удивленно переспросил комендант, глядя на него неверящим взглядом.

— Льняную веревку в ямчуге выдержал да высушил. Вот им и взорвал, — улыбнулся парень.

— Покажи, — тут же потребовал комендант, растерянно оглядываясь на удивленно замершего прапорщика.

— Вот, глядите, — снова усмехнулся Елисей, снимая с полки моток бикфордова шнура.

— Ну-ка, отрежь кусочек, — потребовал штабс-капитан, рассмотрев шнур.

Одним движением отхватив небольшой кусок, Елисей протянул его коменданту, попросив:

— Вы только если поджигать станете, на улицу ступайте. А то тут у меня всякого горючего много разложено.

— А вот это плохо, — отреагировал комендант, задумчиво рассматривая бутылки на полках. — Пожар у крепости штука опасная.

— Потому и искал сарай каменный, от всех подальше, — пожал Елисей плечами.

— Ну, хранишь ты все вроде правильно. От печи подальше и не высоко, — подумав, вздохнул комендант и решительно толкнул дверь, выходя на улицу.

Отойдя от сарая, он достал из кармана коробок спичек и, пользуясь помощью прапорщика, поджег шнур.

— И правда, огнепроводной шнур, — удивленно констатировал он, глядя, как тот, шипя и плюясь искрами, сгорает. — А еще сделать сможешь? — повернулся он к парню, как только шнур прогорел.

— Веревку и ямчугу дадите, сделаю, — пожал Елисей плечами, понимая, что избежать такой эксплуатации не получится. Так пусть хоть материалы сами добывают.

— Хотел бы я знать, где он этому научился, — задумчиво проворчал прапорщик, недоуменно разглядывая парня.

— Самому бы знать, — вздохнул Елисей. — Я ж после болезни не помню ничего. Так, мелькает что-то.

— А что мелькает? — участливо поинтересовался комендант."

"— Вот что мелькает, то и делаю, — развел Елисей руками. — Думал, хоть так что-то вспомню. А кроме поделок вот таких — ничего.

— Ничего себе поделки, — покрутил комендант головой.