Очень (не) обычная история

Много и часто.

— Я знаю, что это ты заплатил за учебу, — хриплю сквозь нескончаемый поток слез.

— Прости меня, — шепчет на ухо, от чего я покрываюсь мурашками. — Я никогда больше так не сделаю. Я клянусь тебе. Я думал так лучше будет, но я ошибся. Ань, я тебя люблю.

— Честно?

— Как ненормальный, — чувствую его дыхание на своей коже.

Не знаю, что сказать. Не знаю, что ответить. Просто опускаю глаза и смотрю на свои руки. Мне с трудом удается сдерживать свои эмоции.

— Кхе-кхе, — раздается спереди. — Извините, что прерываю.

— Чего тебе? — голос Громова звучит как рык.

Олег чешет рукой затылок, затем достает из внутреннего кармана зеленую книжечку: — Тут, это… Анна Викторовна паспорт потеряла, — не отрываясь от дороги, он передает ее Егору.

— Олег, я с тебя точно премии лишу, — не скрывая радости он забирает у безопасника мой документ.

Одна из моих извилин все-таки включается в работу и кричит мне, что это именно он вытащил мой паспорт, когда относил вещи в машину. Но ругаться с ним попросту не сил.

— Согласен, шеф. Даже спорить не буду, — вижу довольную ухмылку Олега в зеркале заднего вида.

Все же иногда случается, что кто-то другой знает, как будет для нас лучше. И этим «кто-то» в нашей жизни оказался простой охранник по имени Олег.

Красивые истории рассказывают не потому, что они правдивые. А потому что они именно красивые. Наша с Громовым история оказалась не очень красивой, но точно очень (не) обычной.

Эпилог

Эпилог

— Шеф, вот купил, — Олег достает из пакета несколько детских пустышек.

— Ну что, — смотрю на переноску, в которой куксится маленький шапчонок. — Будем пробовать мамкузаменитель? Достаю первую — в виде ромашки. Открываю термос с кипятком. Обдаю ее горячей водой. Жду несколько секунд, чтобы остыла и веду ею по пухленьким губкам малышки. Она захватывает соску и тут же благополучно выплевывает ее на траву. — Понятно. Дубль два.

— Егор Владимирович, моя жена вот эту фирмы всегда покупала, — охранник достает вторую, розовую с какими-то рисунками на держателе.

"— Какая из них самая дорогая? — задумчиво смотрю на малышку.

— Кажется эта, — дает мне в руки третью. На этот раз прозрачную. Я снова обдаю ее горячей водой. Жду чтобы остыла. И вуаля! Третью эта переперчивая барышня принимает как родную, хлопая на меня своими кукольными глазками.

— Вся в папу, — ухмыляется Олег.