Обречённая. Вирус любви (СИ)

– Ром, ты шутишь? И что ты предлагаешь? Зачем ты пошёл в онкологию, если заранее знал, что тебе регулярно придётся сообщать страшные новости, потом бороться за жизнь пациентов, иногда успешно, иногда не очень. Да, молодая, но что поделаешь. А кто-то из наших совсем с малышами работает и ежедневно ставит смертельные диагнозы тем, кто ещё ни говорить, ни ходить не умеет.

– Здесь особый случай, – стиснув голову руками, простонал Рома, а я прерывисто выдохнул, борясь с желанием отвесить ему оплеуху.

– Рома, нам с тобой скоро по тридцать! – пророкотал я, не понимая, как встряхнуть друга.

– Не смогу…

– Тут я тебе не помощник, – развёл я руками, а Ромка ударил рукой по столу, вынуждая меня отпрянуть.

– Она. Моя. Невеста, – отчеканил он, а я завис, начиная осознавать всю серьёзность ситуации.

– Пиздец, – после долгой паузы протянул я и, взъерошив волосы, зачем-то спросил: – И когда свадьба? Ты вроде ничего не говорил.

– Почти невеста, – прошипел он сквозь стиснутые зубы и, встав, подошёл к кулеру.

– Виктория, – придвинув карточку, прочитал я задумчиво и, нахмурившись, напомнил: – Ты нас не знакомил. Не помню никакую Вику в нашей тусовке.

– Она особенная и…

Я видел, что ему нелегко. Вообще не ожидал, что Ромка женится первым. Он зарекомендовал себя как вечный гулёна и знаменитый бабник.

Не удивительно, что он скрыл свою пассию. Невероятно, что подготовился заранее к такому событию, как предложение, ведь раньше за ним подобных романтических подвигов я не замечал.

Всегда успешный, яркий, обеспеченный, а тут такое… Я просто не представлял, что посоветовать, но всё же решил высказать своё мнение.

– Ром, ты должен сказать. Возможно, ещё есть шансы.

– Не смеши, – швырнув стаканчик в урну, буркнул он и, вернувшись на стул, закрыл лицо руками и едва слышно произнёс: – Полгода, максимум.

– Любишь её? – уточнил я, а когда друг кивнул, спокойно продолжил: – Свози её в отпуск, сделай предложение, окружи заботой и любовью. Вы справитесь, а если нет, то…

– Денис, она обречена! – рявкнул Ромка и, сжав руки в кулаки, прорычал: – Полгода за ней ухаживал.