Нокаут по наследству

— И деньги, наверное, за это возьмете? — не унимался Вова.

— Этот вопрос я буду обсуждать только со своей клиенткой, — ответила я. — Вы, насколько я в курсе, не имеете отношения к нашему делу. Но я очень рада, что в Москве рядом с вашей невестой будут находиться несколько человек, готовых помочь ей в любую минуту.

— Вы в курсе, что очень навязчивы?

— Мне не нравится, когда со мной разговаривают в таком тоне. Если чем-то обидела, то прошу прощения.

Разумеется, я его обидела. Он имел полное право выказывать свое недовольство, он же жених моей клиентки.

— Инесса, — обратилась я к девушке, — если наша помощь вам не нужна, то мы попрощаемся и уйдем, пожелав вам удачи. Никаких неустоек платить не нужно.

Инесса замялась. Вова натянуто улыбнулся, тронул ее за руку.

— Как ты себя чувствуешь? — обратился он к Инессе.

— Все хорошо, — ответила она и повернулась ко мне.

— Сегодня прохладно, — заметил Миша. — А в Москве потеплее будет.

— Осень, — вздохнула я. — Тут не угадаешь.

— Точно, — подвела черту Инесса.

Вдоль состава быстрым шагом прошел человек в форме проводника.

— Думаю, надо бы нам что-то решить с заселением, — сказал Миша. — Пассажиров, кстати, кот наплакал. Это шестой вагон? А у нас седьмой. Вот горе-то. Может, рядом с вами окажется свободная полка? Или две?

В свой вагон я зашла последней.

* * *Как только мы погрузились в состав и разобрались с билетами, я оставила Мишу в одиночестве, поскольку мне предстояло приступить к довольно трудоемкому процессу — я собиралась обойти весь состав, чтобы убедиться в том, что нас никто не преследует.

Я обошла все вагоны в обоих направлениях. Двигалась медленно, и не только потому, что вагоны раскачивало при движении.

Купейные вагоны я, понятное дело, не могла осмотреть так тщательно. Пассажиры, которые заплатили деньги за то, чтобы их личного пространства не коснулся ни один взгляд, в поле моего зрения не попали. А те, кого я успела заметить, не подходили под описание.

Темная куртка, светлые джинсы. Кепки, наверное, уже на голове того человека не было. Очки, впрочем, он тоже мог убрать куда подальше.