Ночной гость

Стиснув руку Иззи так, что у нее едва не затрещали кости, Селия продолжила: — Я обещала ему содействие в его предприятиях, а он согласился отпускать меня одну в Лондон на каждый сезон. До тех пор пока я… не понадоблюсь ему, разумеется.

Селия оторвала взгляд от ковра и встретилась с глазами Иззи в первый раз с тех пор, как начала свой рассказ.

— Я знала, что это будет сезон, когда я стану его шлюхой. Мне просто хотелось вначале найти что-то для себя самой. Джулиан был таким добрым, таким красивым. Он поддразнивал меня и смешил.

"Я решила, что прежде чем стану средством достижения целей для своего мужа, украду немного воспоминаний, которые помогут пережить то, что меня ожидает, — Селия опустила глаза на руки Иззи, которые все еще крепко сжимали ее дрожащие руки. — Ты понимаешь? Понимаешь, почему я нарушила брачные обеты? Или я настолько сильно шокировала тебя, что ты не захочешь продолжать нашу дружбу?

Иззи была не просто шокирована, она была возмущена сверх всякой меры.

— Единственное, что я нахожу шокирующим, — это презренное поведение этой твари по отношению к тебе! А ты не можешь его оставить? Неужели тебе некуда пойти?

Селия покачала головой.

— Он держит закладную на отцовское имение. Вздумай я бросить ему вызов, он выгонит мою мать и сестер на улицу. Он держит их благополучие над моей головой, как дамоклов меч.

— Я покажу ему меч! Где он? Здесь? — Иззи подскочила, охваченная яростью. — Мы вытащим тебя из этой извращенной пародии на брак, вот увидишь!

— Ох, Иззи, ты уже мне помогла. — Засмеявшись, Селия вытерла свои мокрые от слез глаза и поднялась. — Все в порядке, моя дорогая. Я знаю, это кажется воистину кошмаром, но сделать ничего нельзя. Закон на его стороне. Общество тоже. Если я предам гласности эту дьявольскую сделку, меня же и осудят.

— А может, я собственноручно отхожу этого изверга плетью.

— Ну, тебе придется подождать. Он пробудет в своем замке до последнего момента, убивая несчастных созданий. Я жду его не раньше чем через несколько недель.

Иззи была не просто зла как черт, ей было стыдно. Она упивалась жалостью к себе, в то время как ее дорогой подруге пришлось пережить настоящий кошмар. Невозможно представить участь худшую, чем участь женщины, связанной узами брака с таким негодяем, как Боттомли.