Нищенка в Королевской Академии магии. Зимняя практика 2

Магом принц был посредственным и слабым. Меня же тренировали лучшие специалисты, такие заклинения я могла отражать с закрытыми глазами.

У меня в сумке были семена лиан, жаль, я не так искусна в магии призыва, как Норт. Придется обходиться тем, что есть. Взмахом руки создав небольшой разлом в земле, помогла принцу провалиться по пояс. Калея поспешила сыну на помощь.

Заметив, что Норта окружают тени, я призвала свою темную сторону дара, позволила ему невидимой дымкой ползти по замерзшей земле. Этот дар ощутила Калея.

— Ты?.. — не веря, мотала головой и отступала назад. — Ты же Созидательница!..

Принцу удалось выползти из ямы. Кто-то явно пренебрегает физическими нагрузками, потому что такое несложное занятие отняло у Тиласа последние силы.

Выпущенная на свободу магия асар набирала силу, она словно разговаривала со мной.

«Дан он может быть только тем, кто не использует его во вред», — голос моей Лиски раздался в голове. Касаясь магией теней, отправляла их обратно. Принц, поднявшись на ноги, попробовал еще раз ударить по мне стихиями. Получив куском льда в лицо, он повалился на колени, орошая землю кровью из разбитого носа.

— Тилас, создай портал! — взвизгнула Калея, видя, что магией ее сынок меня достать не может.

— Нам сначала нужно выбраться за границы защитного щита Норта! — отступая, принц утирал капли пота и крови с лица. Вокруг разгоралась настоящая жара. Бериас огнем и мечом разил колдунов, связывал ведьм огненными плетьми, те орали так, что уши закладывало. Отвлекаться на мастерский бой у меня не было времени, но я позволила своему дару тянуть силы из приспешников темной магии.

Выстраивая вокруг Калеи ледяную решетку, я думала над тем, как лишить ее дара.

— Мама! — кричал Тилас, пытаясь растопить ледяную тюрьму.

Я отвлеклась на Майхеля, который насылал черных воронов и пауков на Бериаса. Норт терял силы, он был весь в крови. Своей или чужой, я сказать не могла. Страх кольнул сердце. Создавая огненных птиц, кинула их на подмогу Бериасу.

— Займись императрицей! — прилетел его раздосадованный уставший голос.

Тиласу удалось освободить мать, они спешили покинуть защитный барьер.