Ничья…

Увидел ее и обомлел. Белое шелковое платье-комбинация, блеск бриллиантов на шее. Высоко собранные волосы. Так красива… Так желанна… И время над этими двумя вещами, казалось, не было властно…

– Станцуй для меня, Влада… Станцуй, как тогда, в старом городе… Помнишь, ты говорила, что танец способен заколдовать…что были танцовщицы, привораживающие к себе навсегда… Может, ты меня приворожила? Может поэтому я столько лет не могу выкинуть тебя из головы? Станцуй – и может чары рассеются.

Заиграла музыка, девушка смотрела ему в глаза, плавно покачивая бедрами и входя в ритм… Несмотря на то, что она так давно не танцевала, движения ее были наполнены женственностью и изяществом, а вот тело горело при каждом движении.

Музыка становилась все быстрее и ритмичнее, тело покрыла легкая испарина, а шарики и зажимы теперь нон-стопом терзали ее плоть, подводя к грани, превращая ее танец в пляску агонии страсти. Она поняла дьявольский замысел Васеля. Сейчас она сделает все, что угодно, лишь бы потушить этот пожар… Лишь бы перестать чувствовать эту нестерпимую томительную негу, разливающуюся теперь по каждой клеточке ее тела…

Еще одно движение – и она падает ниц, буквально к его ногам.

– Прошу, прекрати это, – говорят ее губы, а глаза молят.

Он хрипло дышит. Трогает ее волосы, рассыпает их.

– Так быстро, детка? Ты всегда была такой нетерпеливой… Признаться, я рассчитывал, на большее. Подольше хотел наслаждаться твоим танцем…

Смотрит на него снизу вверх, горящими глазами, а у него дыхание перехватывает.

За этот ее взгляд он мог бы убить любого… Он делает его невменяемым, одержимым псом… Ее личным псом…Всегда делала. А сама не догадывается, наивная… Какую власть над ним имеет…

– Придется потерпеть, куколка… Так же, как терпел я… Все эти месяцы… Все эти годы….К тому же… – проводит пальцами по ее щеке, расстегивает ширинку, – я обещал тебе, что заставлю кончить с членом у тебя во рту… Удовлетвори меня – и я дам разрядку и тебе…

Влада злобно выдыхает, и в то же время, он замечает огонек в ее глазах, жадно хватает взглядом его мужское достоинство.

Он усмехается. Знает, что она любит это… всегда любила брать его в рот… Влада любила секс… Она не стеснялась своих желаний… Возможно, отчасти именно это делало ее такой вожделенной в глазах обоих мужчин, познавших ее.

Прикасается к нему рукой, сидя перед ним на коленях.

– Нет, встань, – приказывает он."

"Молча слушается, встает, подавляя очередной стон. Снова ее движения порождают чувствительную боль.